Женская — это большая часть дома с кухней, гостиной, спальней и гардеробной. Здесь живу я. Мужская половина это его кабинет и спальня. И Демид с трудом выносит, если я нарушаю эти кордоны.
Он, кстати, тоже не поверил в полмиллиона.
— Поверь, малыш, задайся твой папа целью обеспечить тебя недвижимостью, это уже бы всплыло. И тут либо наши с тобой друзья этим бы воспользовались бы, либо ты.
— Я не воспользовалась.
— Значит, — Демид развел руками, — дамочка не в теме. Или же захотела пробить на всякий случай, вдруг повезет.
После нашего разговора он уехал и вот недавно позвонил, что задержится. Как будто для меня это что-то меняет.
Вода понемногу остывает, включаю кран с горячей водой и беру лейку душа. Я уже час лежу, наверное, если не больше. Подушечки пальцев превратились в гармошку, хватит киснуть.
Поднимаюсь из воды и ощущаю на себе обжигающий взгляд. Реально обжигающий, у меня не только кожа гореть начала, изнутри тоже будто язычками пламени облизало.
Я сначала его чувствую, потом вижу в отражении зеркала.
Он мог бы давно уйти, но не уходит.
Так и я не спешу. Некуда.
Неторопливо смываю с тела остатки мыльной пены. Поднимаю глаза.
Мы встречаемся взглядами, и мне хочется схватить полотенце и завернуться. Или хотя бы руками прикрыться. Спрятаться от черных сверкающих глаз.
Мы смотрим друг на друга, воздух вокруг стремительно тяжелеет. Наливается тянущим возбуждением, отзывается где-то внизу живота.
Сердце стучит навылет, инстинктивно прижимаю руки к груди. Уже чтобы удержать, а не спрятаться.
В звенящей тишине слышится судорожный вдох, через несколько ударов сердца такой же рваный выдох. Отражение в зеркале исчезает. Хлопает дверь ванной комнаты, через несколько минут входная.
Заворачиваюсь в полотенце, бегу к окну, оставляя на плитке мокрые следы. Машина Демида выруливает со двора, автоматические ворота бесшумно едут обратно.
Этой ночью Демид впервые не ночевал дома.
***
Демид
Сижу в соседнем баре, тупо пялюсь в бокал с вискарем. Кто знает, нахера я его заказал, если я за рулем?
И кто бы сказал, что в меня вискарь не полезет, я бы долго ржал.
"
"Только сейчас мне не до смеха.
Никогда еще у меня не было таких запутанных отношений с женщинами. Хотя назвать Арину женщиной язык не поворачивается.
Девчонка. Она такая еще девчонка! Совсем не умеет играть, у нее все на лице написано.
Не теряла она паспорт, я сразу выкупил. Выбросила, готов спорить на свою коллекцию часов. Потому что ее загран я сразу нашел, под матрасом.
