Сейчас ее не осталось ни во мне, ни в этих глазах, черных как самая темная ночь.
— Что ты делаешь, Арина?
Молчу, в горле образовывается огромный тесный ком, который не дает ни вдохнуть, ни ответить.
— Я спрашиваю, что ты блядь делаешь? — из-под сведенных бровей сверкают черные молнии.
С трудом сглатываю перекрывший горло комок.
— Скажи, Дем, — получается почти беззвучно, приходится повторить. — Скажи, почему ты просто меня не убил?
***
Демид
Я ожидал услышать все что угодно, но только не это. Морщусь, зачем-то переспрашиваю, как будто не расслышал.
— Что? Что ты сказала?
Хотя все расслышал на самом деле.
— Зачем оттащил от края ямы на похоронах папы? Почему не дал мне свернуть шею? Так бы было намного проще. Всем.
— Что за чушь ты несешь, Арина? — мотаю головой. Она поворачивает ноутбук ко мне экраном, и я вижу собственный мессенджер, открытый на переписке.
Смотрю на диалог, и до нутра пробирает холодом. Если фразы от меня это чей-то явный полет фантазии, то ответы моего неизвестного собеседника навечно отпечатаны у меня в подкорке кровавыми буквами.
Мой первый крупный проеб, из-за которого я чуть не сломал себе жизнь. Ошибка, которая обошлась мне слишком дорого, и из-за которой меня до сих пор крепко держат за яйца братья Айдаровы.
И кто-то очень грамотно ею воспользовался. Не хочу даже думать, что они нарушили наши договоренности. Но тогда блядь откуда?..
— Откуда это здесь взялось? — хрипло спрашиваю, с трудом отрывая взгляд от экрана.
— Не надо, Демид, не выставляй меня совсем уж идиоткой, — она страдальчески кривится.
— Ты нанял киллера, чтобы убить папу, а переписку удалил.
Беру себя в руки, хотя больше всего сейчас хочется ебануть ноутом о стену.
— Это старый диалог, Арина, — я даже дышу носом, чтобы казаться спокойнее. — Точнее, его часть. Кто-то подсуетился и слепил это, чтобы меня подставить. Аккаунт взломан.
— Ты хочешь сказать, что никогда не нанимал киллера? И не планировал убийство своей мачехи Ясмин Айдаровой? — смотрит она на меня взглядом-приговором.
— Да блядь, Арина, — закатываю глаза, — причем здесь это?
— Скажи правду, Демид, — она смотрит почти с мольбой.
— Это было давно, — отвечаю нехотя, — я был зеленым идиотом, поэтому попался.
— И это единственное, о чем ты жалеешь? — поджимает губы Арина. — Ну конечно, сейчас ты сделал бы все более профессионально.
— Хуево у тебя получается язвить, малыш, — качаю головой, понимая, что сам себя закапываю.
