Потому что Лабутены и Луи Виттон в общаге тоже не носят.
Глава 7
Демид
— Все сказал? — смотрю не в глаза собеседнику, а чуть выше линии бровей, при этом по возможности не моргаю. Обычно срабатывает безотказно. Но только не с Айдаровыми.
Наверное, они просто привыкли.
Сверлят меня злыми глазами, но держатся. Не в их интересах меня сейчас посылать.
— Ты бы лучше не нарывался, Демид, — Руслан упирается локтями в стол. — Сам видишь, что твой Покровский перегибает палку.
— А ты бы меньше выебывался, Айдаров, — советую ему, — может, сойдешь за умного.
— Не понимаю я тебя, — качает головой Рустам, — какого хера ты так за него вписываешься? Ты видел, с кем он сейчас спелся? Он на дно пойдет, и тебя с собой потянет.
— Я тридцать лет живу без вашего понимания. Думаешь, что-то изменилось?
— С ним невозможно разговаривать, — поворачивается Руслан к брату. Тот молча барабанит пальцами по столу.
Оба Айдарова явно на взводе и явно держатся из последних сил. В детстве они были больше похожи, сейчас Рустам здоровее Руслана, шире в плечах и крепче.
Руслан в очках, у него проблемы со зрением.
Хорошо, что все эти проблемы не мои.
— Не я вас сюда позвал, — выпрямляюсь. — А теперь послушайте меня. Тот самый день, когда вы наконец поймете, что в этом мире вы не самые хитровыебанные, станет вашим звездным часом. Надеюсь, я до этого доживу.
Руслан порывается что-то сказать, но я не даю. Упираюсь в стол раскрытыми ладонями.
— Если Покровский откажется от тендера, конечными выгодополучателями будет ваша компания.
Можете начинать бить себя в грудь и доказывать, что это не так. Я готов перечислить все ваши прокладки с размерами уставных капиталов, датой регистрации и учредителей с директорами поименно, — пресекаю жестко и поднимаюсь из-за стола. — А если вы думаете, что это могу сделать только я, то вы идиоты вдвойне. Сказать, что вы меня разочаровали, ничего не сказать.
Разворачиваюсь и иду к двери. Вот сейчас Рустам крикнет, что я долбоеб.
— Демид, — слышу за спиной раздраженное, — не надоело долбоеба изображать?
Пожимаю плечами и продолжаю идти.
Сейчас Руслан окликнет и предложит долю. Но прежде выдаст, как им тошно со мной иметь дело.
— Демид, подожди, — зовет Руслан и негромко добавляет: — Как же ты заебал...
Разворачиваюсь.
— Десять процентов, и ты гарантированно отстраняешь Покровского.
Поворачиваюсь обратно. Что-то Рустам долго не вмешивается.
— Двадцать, — иду, а вдогонку летит: — Хер с тобой, двадцать пять.
О, вмешался.
