— Ну котик, ты же сам сказал, что я могу остаться, — дует она губы, а меня окутывает хороший такой алкогольный шлейф.
— Какой я тебе котик? — сбрасываю с шеи руки. — И скажешь еще раз на меня любимый, сразу попиздуешь домой. Безвозвратно. Услышала? А сейчас собирайся и уезжай.
— Но ко...
— Оглохла? — срываюсь раздраженно и пробую взять себя в руки. Алиска, конечно, совершенно тупое создание, но в моих проблемах она виновата меньше всего.
— Демии-ид, — хнычет Алиса, — ночь уже, куда я поеду?
— Такси ходят круглосуточно.
Одевайся, я вызову.
— Ну, Дем, — она опускается на колени и кладет руку на пах, — ты такой злой! Мне так нравится! Я уже мокрая вся. Хочешь, отсосу?
Смотрю на большие подрагивающие губы и рывком расстегиваю ремень.
— Ладно. Только потом свалишь домой. И давай быстрее, я спать хочу.
Ее губы смыкаются на члене, а я закрываю глаза. Мне и правда нужна эта разрядка, все лучше чем дрочить в душе. Но не с открытыми глазами, так проще на месте Алиски представлять ту, которой следует подрасти.
..
*Аверин Константин, траблшуттер, герой цикла «Шикарные Аверины»
Глава 16
Арина
— Арин, подожди! Стой! — Пашка успевает перехватить прежде чем я сяду в машину.
— Что опять? — выдергиваю руку из захвата и толкаю в грудь: — Держи дистанцию, Бортников. Или забыл, что меня на тебя вывернуть может? Тогда на всякий случай напоминаю.
— Перестань... — Бортников кривится, но все же послушно отходит. — Арин, ты правда за Ольшанского замуж собралась?
— Да, — с трудом сдерживаю рвущееся наружу ликование, — но тебя на свадьбу не приглашу, не надейся.
— Я бы и не пришел, — ревниво замечает Паша. — Только я не за этим. Мне с тобой поговорить нужно.
— Зато мне не нужно. Отвали, — цежу, хочу открыть дверцу машины, но Бортников не дает.
— Не выходи за него замуж, Арина, — продолжает нудить, — выйди за меня. Хочешь, в другой город уедем? Я тебя увезу.
— Это уже даже не смешно, — разворачиваюсь всем корпусом, — ты себя серьезно решил сравнить с Демидом?
Пашка смотрит исподлобья.
— Он больше всего любит деньги, Арин. Он на них зациклен.
Громко смеюсь, демонстративно запрокинув голову. Бред. Бред и дешевая манипуляция. На чем Демид и зациклен, так это на репутации. Еще может быть азарт, это тоже про него. И перфекционизм, причем болезненный, нервный. А деньги сами к Ольшанскому липнут. Так папа говорил.
Но я не собираюсь все это обсуждать с Бортниковым. Плюхаюсь за руль и захлопываю дверь перед самым его носом.
