Дочь палача и театр смерти

Петер предположил, что латынь он знал немногим лучше Йосси. И вообще он сегодня казался каким-то рассеянным, словно мысли его были заняты чем-то другим. Но не преминул при этом выпороть кое-кого из ребят.

Йосси и Максль тоже сидели с каким-то отсутствующим видом. Возможно, потому, что маленькая Йозеффа так и не появилась в школе. Одни говорили, что она серьезно пострадала в лесу, другие утверждали, будто лежит при смерти.

– Я, кстати, рассказал папе про Йозеффу, – промолвил Петер, чтобы прервать молчание и заодно приободрить ребят хорошей новостью.

Кроме того, он гордился тем, что его отец помогал людям. – Он сказал, что сегодня заглянет к ней.

Йосси поднял на него недоуменный взгляд:

– Ну, мой отец цирюльник. Вот я и подумал…

– Сколько раз тебе повторять, чтобы ты не вмешивался в наши дела! – резко оборвал его Йосси. – Ты все делаешь только хуже!

– Но я… я ведь только хотел помочь, – жалостливо ответил Петер.

У него вновь возникло чувство, что он здесь, в общем-то, лишний. По щекам его покатились слезы.

– Тебе этого не понять, – начал он мягко и положил ему руку на плечо. – Да, ты хотел как лучше. Но нам никто не сможет помочь. Мы… – Он попытался подобрать слово.

– Прокляты, – мрачно закончил за него Йосси.

Он выглянул из пещеры. Над соснами уже сгущались вечерние сумерки. Налетел слабый ветер, зашумел в ветвях, словно желал попасть в пещеру, к ребятам.

– Мы прокляты, Господь тому свидетель.

– С завтрашнего дня, кстати, придется вам обходиться без меня, – заявил через некоторое время Максль и прокашлялся.

 – Придется помогать отцу в лесу у Лабера. Если я с ним не пойду, он мне голову оторвет.

– Боюсь, у меня тоже не выйдет, – добавил Йосси, он старался теперь говорить мягче. – Если не родители, так Ханнес уж точно найдет мне работу. Нельзя вечно от него прятаться. Сегодня утром он сказал остальным, чтоб были готовы к четырем часам. Он, наверное, уже бесится… – Йосси покачал головой: – Хотя я сомневаюсь, что он отправит нас работать в такую погоду. Над Кофелем сгущаются тучи.

 – Йосси печально улыбнулся Петеру. Как и накануне, мальчик был бледен, под глазами густо темнели круги. – Может, в другой раз, ладно?

В негодовании и смятении Петер запустил камешком в стену. Еще утром отец вновь попросил его смотреть в оба. Вюрмзеер пропал во время репетиции и с тех пор не появлялся. Петер был несказанно рад, что отец так на него полагался. А теперь он снова его разочарует!

– Вюрмзеер что-то замышляет, – проворчал он.