Дочь палача и театр смерти

 – Иначе мы его разыскали бы! Говорю вам, он прячется и замышляет какую-то пакость. И не удивлюсь, если снова против вас, бедняков.

– Может, он просто улизнул. Через Грасвангталь и в Тироль или еще куда-нибудь, – возразил Максль. – Как бы то ни было, я по нему скучать не стану. И уж точно не по его жирному отпрыску, если б он взял его с собой. Тогда мы наконец вздохнули бы свободно… – Он горестно рассмеялся, потом встал со своего камня и взглянул на друзей: – Пойдемте по домам. Скоро стемнеет, там мы все равно никого не выследим.

Йосси тоже поднялся и развел руками, обращаясь к Петеру:

– Мы честно попытались, малыш. Не расстраивайся. Мы и так пошли на риск ради тебя и дальше заходить не можем.

Вместе с Макслем они выбрались через дыру в дальней части пещеры, и Петер последовал за ними, с трудом сдерживая слезы. Он полагал, что нашел наконец-то друзей. Но теперь и они от него отвернулись! Его вообще не покидало чувство, что Йосси и Максль что-то скрывали от него. Они то и дело переглядывались или шептались у него за спиной с другими ребятами.

Мальчишки уже перебирались через булыжники сбоку от скалы и спускались к тропе, но тут с юга донеслись чьи-то шаги. Йосси схватил Петера за воротник и резко потянул за скалу. Тот хотел было возмутиться, но Максль приложил палец к губам.

– Не исключено, что Ханнес разыскивает нас здесь! – прошипел он, в глазах его читался страх. – Он любит порыскать в этом лесу. Сперва лучше посмотрим, кто это…

Ребята выждали немного, шорох шагов стал громче. Кто-то поравнялся с их укрытием. Петер затаил дыхание. Но он опасался напрасно. Кто бы ни шел по тропе, он спешил и стремительно прошагал мимо. Петер с любопытством выглянул из-за скалы – и замер.

Впереди, в десятке шагов от них, удалялся Франц Вюрмзеер. Он чуть ли не бежал и вскоре скрылся за деревьями.

– За ним! – прошептал Йосси с азартом хищника, почуявшего добычу.

Они держались справа от тропы, спешно перебирались через валуны и поваленные деревья и старались не упускать Вюрмзеера из виду. Иногда Петер наступал на сухую ветку и всякий раз вздрагивал и пугался, что Вюрмзеер мог их услышать. Но тот, казалось, целиком был погружен в собственные мысли. Правда, шагал он так быстро, что временами все же пропадал из поля зрения.