Так я и сделала, вцепилась в рукав куртки, мотыляющийся у лица, для надежности обвила его вокруг запястья.
– Готова!
Ронан потащил меня наверх, перехватил под мышки, и мы вдвоем свалились на краю. Рядом лежала Веела и тяжело дышала, чуть поодаль – Лейс, и его грудь едва заметно поднималась. Вудс бился о каменный уступ, с треском ломая ветви.
– Подавись, тварь! – крикнула я, сложила пальцы в неприличном жесте и, свесившись с обрыва, продемонстрировала его вудсу.
– Он же безмозглый, Аля! – расхохотался Рон, однако лег на живот и присоединился к потехе, показав вудсу сразу обе руки.
– Счастливо оставаться, деревяшка!
Мы перевернулись на спины, раскинули руки, смотрели вверх, на застывшее в зените неподвижное солнце, и смеялись. И Веела смеялась, а я радовалась, что не сделала ей больно, когда могла. Мы были одной командой, мы преодолели три испытания, и осталось-то всего одно – справимся!
Глава 20
– Если паучки в мертвом лесу такие же своевольные, как остальные тварюки, не знаю, как мы проберемся, – высказал общее сомнение Ронан.
Прошло достаточно времени, чтобы мы пришли в себя, отдохнули. Хотели мы того или нет, мы должны продолжить путь. Мы разобрали куртки, оделись сами, одели Лесли: он нам спасибо не скажет, если мы поволочем его по лесу в одном исподнем. Острые камни оставили на спине длинные царапины, однако заживляющая мазь справится с ними за час, вот с плечом сложнее, но кровь течь перестала, а это внушало оптимизм.
– Ты понесешь Лесли на плечах, – сказала я. – Мы с Веелой пойдем немного впереди и будем раздвигать ветки, отводить их от вас.
Очень осторожно и медленно. Так и выберемся.
– Думаешь, они не полезут, если мы зайдем на их территорию? – Ронан покачал головой. – Тут что-то нахрен сломалось с самого начала.
Я покосилась на Веелу, которая побледнела до синевы. Рон еще не догадался, что именно она каким-то образом сделала тварей агрессивными и кровожадными.
– Даггеры вон совсем озверели, – продолжал Рон. – Это что за иллюзии такие, что у них и зубы, и кровища? Не знал бы, что мы на полосе препятствий, подумал бы, что нас к настоящим тварям Изнанки засунули и бой настоящий… Чем не настоящий! Лесли вон вообще чуть жив.
Тем же вопросом задавалась и я. Подумаю об этом позже, когда мы преодолеем последнее испытание и выйдем с другой стороны назло князю Лэггеру, не пожалевшему собственную дочь. Она незаконнорожденная? Нелюбимая? За что он кинул ее на растерзание тварям?
– Так, команда, слушайте меня.
