Компромисс
— Мама! — в комнату вбегает Даша и цепляется за Риту, обнимая своими ручонками за талию, — Не кричи мама, тебе нельзя! — начинает рыдать ребенок.
Тут все приходит в действие, обе женщины начинают успокаивать ребенка, я стою открыв рот, не знаю, что делать. Моя мама сползает с дивана и обнимает ноги Риты, прижимаясь и к внучке:
— Прости нас, умоляю, во всем виновата я, — рыдает моя мать, а Рита стоит, закусив губы до бела и смотрит почему-то на меня.
Машинально прижимает дочь к себе, гладит по голове, пока моя мама рыдает, обняв ее ноги:
— Я виновата, меня наказывай.
Это из-за меня он стал таким, я заставила на могиле дать клятву, что отмстит. Я тогда не знала всей правды, меня убивай, не его. Прости нас, прошу, Рита.
Жена всхлипывает раз, другой и срывается в рыданиях, которые еще больше пугают Дашку. Та начинает плакать навзрыд. Подскакиваю к дочери, хватаю на руки, отрывая от Риты и направляюсь в детскую комнату:
— Успокаивайтесь тут, а я Дашу успокою, напугали ребенка, — говорю рыдающим во весь голос женщинам и скрываюсь в комнате дочери, тихо прикрыв дверь в гостиную.
Сажусь на односпальную кровать, со смешным розовым покрывалом в белых мордочках и сажаю дочку на колени, прижимая к себе. Трогаю мягкие шелковистые волосы, целую в лоб, самого всего топит от нежности. Никогда не думал, что могу вот так чувствовать. Меня рвет всего на части, разрезая на полосы, когда вижу, как плачет моя дочь:
— Даша, успокойся, прошу, а то я сам сейчас заплачу, — говорю дочери, и та затихает на полу всхлипе:
— Мужчины не плачут, — говорит мне, проглатывая буквы.
— Ты так рыдаешь, что я просто не могу сдержаться, — говорю ей, улыбаясь и стирая с щек слезы, подушечкой большого пальца, — Мама сейчас успокоится, и мы пойдем пить чай, я торт привез.
— А какой? — глазенки Даши сверкают, как два озера, ручки маленькие, тонкие, очень красивый ребенок у нас с Ритой получился.
— Не знаю, — думаю, что сказать, торт выбирала мама, черт его знает, какой он, — Но думаю, что вкусный, — пытаюсь выйти из положения.
— Ты правда мой папа? — интересуется ребенок, уже совсем успокоившись.
— Да, твой, — улыбаюсь ей.
— У тебя есть большая черная машина?
— Есть и не одна.
— А собака?
— Нет, а нужно? — впадаю в ступор от ее вопросов, какая еще собака?
— Очень, — на полном серьезе кивает Дашка, — Огромная нужна.
— Хорошо, сделаем, а может с маленькой начнем? — пытаюсь снизить объем проблемы.
— Нет, нужна большая, — авторитетно заявляет дочь.
