Дочь седых белогорий

Однако заветной мечтой, страстным желанием девушки оставался один из тех шести лебедей, что в гордом одиночестве, отдельно от всех, у острова плавал всё это время после прибытия каравана в эти места. Но как убить лебедя, если он недосягаем для выстрела?

Отличительной особенностью этой охоты являлось то, что Ченке надо промышлять старым дедовским способом – с луком. Бесшумный полёт стрелы имеет неоспоримое преимущество. Непуганые птицы, не понимая смертельной опасности, остаются сидеть на воде даже тогда, когда раненый сородич, пронзённый стрелой, начинает биться в предсмертной агонии.

Это даёт возможность стрелять столько раз, сколько этого требовала необходимость.

Ещё одной немаловажной хитринкой для охоты на водоплавающую дичь было то, что к стреле привязывалась тонкая волокнистая нить. Ченка теребила её из жил сокжоя. Когда выпущенная стрела поражала добычу, охотница осторожно подтягивала её к себе с помощью этой жилки, вытаскивала стрелу и пускала её вновь.

Таким образом, Ченка могла стрелять сколько угодно, не теряя при этом ни единой стрелы, подбирая дичь не намочив ног.

Лук и стрелы Ченка всегда хранит в кожаном водонепроницаемом колчане. Это главное требование. «Оружие охотника – это сама жизнь!» – так говорит Загбой. Так говорили предки. Оно должно быть сухим, прочным и всегда под рукой. От этого зависит успех в любой охоте.

Рано утром, когда мутный рассвет робкими шагами вкрадывался на чёрные гольцы, Ченка уже сидела в своём скрадке.

Бездвижная гладь озера бездонной пропастью заполнила пространство. Над поверхностью воды медленно плывёт, рвётся и сталкивается густой туман. Откуда-то сверху, с белков тянет промозглый хиус. Тальниковые заросли подёрнулись серебристой пылью инея. Берег оброс тонкими, хрупкими заберегами. Прибитая морозом трава застыла в прощальном поклоне сгоревшему лету. Холодно. Месяц листопада в разгаре. Ясными солнечными днями ещё бывает тепло, а ночью в этом глухом, диком, таёжном краю температура падает ниже нуля.

Озеро уже живёт полноправной жизнью. Повсюду слышится кряканье уток, гогот гусей и клёкот лебедей. Разрезая воздух крыльями, в невидимом молоке носятся стайки чирков. Резкими взрывами пугают взлетающие крякаши. С громким всплеском ныряют суетливые казарки. Тут и там, вырезая невероятную траекторию, пролетают длинношеие крохали, размеренно свистят тугими крыльями степенные гуменники.