Возможно, я свяжу ему пару носков на Рождество, но ничего более.
— Ха! — хмыкнула Мэдлин. — Вы молоды и, хотя многое видели, мало что понимаете в жизни.
— Все это более чем странно, мэм.
— Занимайтесь своими делами и прекратите думать об этом. Почему вы так интересуетесь Либби и Найлзом? Наверняка хотите заполучить лорда Киппера.
— Еще несколько лет, и я стану звать его дедушкой.
— С чего бы это? Он великолепный мужчина.
— Да, ничего не скажешь, красив. В этом вы правы. И все же мне милее ваш сын.
— Ах, уходите же! И прогоните всех женщин обратно в деревню. Я желаю, чтобы вы как можно скорее забеременели. Займитесь лучше этим, может, тогда вам будет так плохо, что оставите пыль в покое!
Мегги величественно поднялась и расправила юбки.
— Знаете, мэм, нам с Томасом хотелось бы иметь ребенка.
Но так ли это? Что думает Томас? Они еще не говорили о детях.
— С вас станется не пустить его в свою постель!
У Мегги снова заболела голова. Выйдя из комнаты, она постояла несколько минут, прислонясь к стене.
Угол картины врезался в плечо, и она чуть отодвинулась и закрыла глаза.
Сколько времени она замужем? Четыре дня? И уже ходит с шишкой на голове. Неужели супружеская жизнь должна начинаться подобным образом?
Она вспомнила рассказы об испытаниях, которым подверглась тетя Синджен, когда впервые приехала в замок Вир вместе с дядей Колином. Ах, эти приключения казались столь романтичными, и Мегги буквально впитывала каждое слово, днями и ночами мечтая о чем-то подобном.
Какой же она была дурой! Во всем этом нет ничего романтичного. Сейчас ею владел только страх. Боязнь каждого звука и каждой тени.
Глава 26
Мегги спустилась вниз, в контору, маленькую комнату в глубине дома, выходившую в небольшой, сильно запущенный сад, при виде которого Мэри Роуз хватил бы удар. Но сейчас Мегги нужно было отыскать управителя. Еще столько всего предстоит сделать!
Пэдди вошел как раз в ту минуту, как Мегги сдалась и собралась уходить. Ниже ее ростом, круглый, как пушечное ядро, с гривой непокорных огненных волос и синими-синими глазами, он представлял собой довольно забавное зрелище.
Мегги была с первого взгляда покорена его белозубой искренней улыбкой.
— Миледи! — приветствовал он, кланяясь. — Наконец-то я вас увидел. Какое удовольствие! Дочь викария, племянница герцога…
— Он граф. Как Томас.
— Да, племянница графа… ах, его сиятельство… как приятно звучит, не правда ли? Он достоин титула и денег.
