Хороший человек, Томас Малком, хотя еще молод, чтобы обладать такой властью.
— Да, — согласилась Мегги. — Он хороший человек. И не думаю, что возраст тут имеет какое-то значение.
— Я рад, что вы поженились. Кстати, мы с его сиятельством должны сейчас встретиться здесь. Нужно обсудить, что ремонтировать в первую очередь.
— Я хочу, чтобы старую люстру сняли, вычистили и снова повесили, предварительно хорошенько проверив веревки, чтобы она не грохнулась вниз и не разбила кому-то голову. Кроме того, нужно заменить кое-какие ступеньки.
Да, и мне нужны садовники, не такие, которые видят сорняк и проходят мимо, а люди, которые умеют ухаживать за садом и газонами."
"— Знаете, сам я всегда обхожу то место, над которым висит люстра, — сообщил Пэдди, покачивая головой. — Все будет сделано, миледи, не волнуйтесь. Насчет садовников… у меня есть на примете лучший в округе. Миссис Блэк просто поет от счастья, когда говорит о женщинах, которых вы позвали убирать в замке. А, вот и его сиятельство.
— Пэдди, я должен поговорить с ее сиятельством с глазу на глаз.
Пожалуйста, возвращайтесь через полчаса.
Ева дверь за управляющим закрылась, Томас без обиняков заявил:
— Моя мать поймала меня в коридоре, прямо под портретом двоюродного прапрадеда Мортимера, уехавшего в Уэльс сразу после того, как его старший брат получил титул. Бедняга так злился и нервничал, что самолично спустился в угольную шахту. Произошел обвал, и он погиб.
— Она твоя мать и, думаю, имеет право ловить тебя там, где захочет.
— Так и было.
Она желала знать, достаточно ли я стараюсь, чтобы наградить тебя ребенком.
Мегги ответила нечестивейшей улыбкой. Ни одной дочери викария не следовало бы так улыбаться!
— И что, Томас? Ты достаточно стараешься?
— Черт возьми, — пробормотал он, хватая ее и припадая к губам. Мегги моментально потеряла голову и, застонав, принялась расстегивать пуговицы на его брюках, но он отстранился. Она закрыла глаза. Томас прислонился к ее лбу своим, тяжело дыша, пытаясь взять себя в руки.
— О Боже, — прошептал он, наклонился, чтобы поцеловать ее, выругался и отступил на четыре шага.
— Почему же ты отпустил Пэдди, если не намеревался поцеловать меня? Ждешь, пока я наброшусь на тебя и повалю на пол?
Томас расхохотался.
— Я отпустил Пэдди, поскольку хотел узнать, что ты наговорила матери. Она так взбесилась, что даже глаза налились кровью.
— Значит, она сердита?
— Еще бы! У тебя очень довольная физиономия. Мегги немного смутилась.
— Не тревожься ни о чем, Томас.
