Мегги побледнела как полотно. Яростный блеск глаз померк. Тайсон ненавидел этот блеск, но теперь он исчез.
— О Господи, — прошептала она. — О Господи.
— Думаю, — заметил отец, легонько касаясь пальцем ее гладкой щеки, — сейчас самое время сказать «ад проклятый».
Мегги покачала головой, стащила шляпку и зарылась пальцами в волосы, сейчас, под лучами утреннего солнца, казавшиеся скорее светлыми, чем каштановыми. Сначала был Джереми и она считала, что ее сердце уже не оправится от удара. К счастью, она вовремя разглядела в Джереми самодовольного, спесивого олуха, смотревшего сверху вниз на всех женщин и, вероятно, принесшего Шарлотте одни несчастья, хотя, возможно, она, как никто другой, заслужила все это… если только не привыкла, чтобы об нее вытирали ноги.
В этом случае она встретила свою половинку.
А потом появился Томас, и она поняла, что именно таким мужчиной можно восхищаться. Он не унизит Мегги, не растопчет, потому что считает равной себе и, вероятно, уже потому сделает ее счастливой.
Грызущая ее вот уже почти год меланхолия куда-то подевалась. Целую неделю она чувствовала, что небо наконец сжалилось над ней. А теперь это. Нет, она проклята!
— Мы с Мэри Роуз хотели бы, чтобы ты поехала в Шотландию навестить тетю Синджен и дядю Колина.
— Но разве окружающие не посчитают, что я беременна? — с горечью выпалила Мегги.
У Тайсона не было сил видеть мучения дочери. Чего бы он не дал, чтобы этого разговора никогда не было!
— Прости, Мегги, но в этом мире встречается немало недостойных людей, и среди них есть и мужчины.
Мне очень жаль, что ты встретила такого и доверилась ему.
Мегги съежилась, как от ударов, чувствуя, как с каждым словом воцарившаяся внутри пустота заполняется болью.
— Папа, ты знаешь, я должна поговорить с Томасом, — выдавила она, медленно поднимаясь и отряхивая юбки. — Мне нужно услышать от него правду.
— Да, Мегги, знаю.
— Я все пойму, стоит только поглядеть на него.
— Очень на это надеюсь.
Мегги уже отвернулась, когда Тайсон, неожиданно встревожившись, окликнул ее:
— Только не оставайся с ним наедине, дочка! Мне хотелось бы, чтобы ты не ездила в Боуден-Клоуз без сопровождения, но ты ведь не уступишь. Поэтому будь осторожна. Обещаешь?
— Обещаю, — обронила Мегги, не собираясь признаваться, что уже оставалась наедине с Томасом. Низко опустив голову, погруженная в невеселые мысли, она отошла, не замечая, что отец грустно смотрит ей вслед.
