Только замужество Мегги подчеркнуло, какая пропасть лет отделяет их от детства. Жаль, что она не может подойти к ним, обнять и успокоить. Объяснить, что этих перемен не стоит бояться. Что они вполне естественны.
Тут же сидели Джеймс и Джейсон, выглядевшие как настоящие сказочные принцы и старавшиеся вести себя так же чинно и достойно, как их отец, который смотрелся настоящим могучим графом. Проплывая мимо, Мегги одарила его лукавой улыбкой, и получила такую же в ответ. Близнецы, разумеется, все проворонили, иначе наверняка расслабились бы немного.
Алекс слегка махнула Мегги затянутой в перчатку рукой.
Слева восседали Софи и Райдер вместе с одиннадцатью любимчиками. Все они заняли целый ряд, на котором не осталось даже свободного дюйма. Блестящие глаза дяди Райдера весело светились такой глубокой синевой, что женщины подчас останавливались на улице, пялились на него и по-идиотски ухмылялись. Тетя Софи обычно игнорировала подобные выходки или же тыкала в бок своего безразличного к таким знакам внимания супруга, приказывая немедленно прийти в себя и перестать быть столь очевидным соблазном для особ противоположного пола.
Сама она была тверда как скала и всегда спокойна, несмотря ни на какие невзгоды.
Крестная Мегги, тетя Синджен, сидела вместе с дядей Колином, Флетчером и Далин. Далин вышла замуж за шотландского барона, жившего в горной части страны. Сейчас Филипп, как объяснял всем Колин, находился в Греции, на одном из кораблей его величества. Филипп, оказывается, был картографом, слово, которого не понимали большинство из присутствующих, а кузены мужского пола давали себе клятву непременно посмотреть его в словаре.
Двенадцатилетний Флетчер считался таким же магом и волшебником во всем, что касалось лошадей, как Алек — с кошками. Именно он когда-то переименовал коня Тайсона. Он говорил с лошадьми, и те говорили с ним. Чем он займется, когда вырастет?
Мегги с грустью вспомнила о его сестричке Джослин, умершей в раннем детстве.
Слава Богу, что Рори выжил!
Джереми с Шарлоттой тоже были здесь. Шарлотта, сильно располневшая, улыбающаяся, неотразимо прекрасная, так и лучившаяся неким светом, присущим будущим матерям. И Джереми, гордый, ревностно оберегающий жену. Мегги постаралась как можно теплее поздороваться с ними. А Джереми успел ей сказать:
— Нам нужно как-нибудь поговорить с тобой, Мегги.
Она кивнула, совершенно не собираясь ни говорить с ним, ни слушать его наставления.
