Дочь воина, или Кадеты не сдаются

Ее намек был непонятен ровно две секунды, потом дверь открылась шире и появилось девять служанок вместе с той, у которой черный пояс поверх балахонов. И вся эта армия направилась к одной маленькой и больной мне!

— Эй, а что вы делаете? — Я испуганно смотрела на их приближение.

— Вас просто вымоют, — заверила Ашара.

Мыли меня быстро и бережно, но на столике, не опуская в ванну полностью. Вода была теплая и какая-то беловатая, но особо разглядеть не получалось — сил совершенно не было. Дикая слабость и ломота во всем теле, как после гриппа.

Потом вытерли насухо, очень осторожно… а еще в ванной было освещение плохое, потому как мне почему-то казалось, что у меня все тело мертвенно синюшное, а вода после моего омывания приобрела розовый оттенок. Зато потом, когда меня таки принесли в спальню и уложили, я поняла жуткое — я реально белая и обескровленная! Дикая слабость тому подтверждение.

Как я дотерпела до момента, когда уйдут служанки, ума не приложу. Но, едва рядом со мной осталась Ашара, под предлогом того, что нужно накормить, я сорвалась:

— Что происходит? — И ловко отвернулась от ложечки с какой-то бурой бурдой.

Но старуха не ответила. Сидела молча и словно прислушивалась. А потом едва заметно указала на свой передник, а точнее, на карман. Превозмогая слабость, я полезла в чужой карман! И вот до чего я уже докатилась — с первыми встречными сплю, по чужим карманам шастаю, что дальше будет?

Обнаружила сейр, включила, увидела встревоженное мамино лицо, услышала приглушенное:

— Я тебя сама убью! — и уже тише: — Наушник.

Молча вытащила из сейра динамик, вставила в ухо и услышала:

— Сейр спрячь. Ничего не говори сейчас. И вообще — поесть бы тебе.

Молча лезу в чужой карман повторно, засовываю сейр, затем послушно открываю рот и позволяю себя кормить. А мама начала говорить:

— Так, Пантеренок, слушай меня внимательно.

— Нет, не хочу больше, — сообщила я, отворачиваясь от ложки, протягиваемой Ашарой.

— Это хорошо. Потому что, Кирюш, ты не того воина выбрала. Совсем не того! Я просила найти бедного, следовательно, слабого! В этом случае последствия были бы незначительными… После всего. И ты дошла бы до Наски, он отнес бы во дворец, и ты не страдала бы… как после Нрого, например.