Дочь врага для Темного (СИ)

Сколько человеку надо для счастья? Мне раньше казалось, что много, но сейчас вдруг снизошло озарение. Мне хватило одного взгляда на него, чтобы почувствовать себя счастливой. Вот так появление определенного человека в вашей жизни может или вознести до небес, или втоптать в грязь. В моем случае были оба варианта. Но несмотря на всю боль, та сжимающая горло железяка наконец-то распустилась.

Рашидов отмер и наконец-то посмотрел на меня. Никогда не видела его таким потерянным. На удивление, меня не откинуло в нашу последнюю встречу.

Мы как два потерянных путника в пустыне смотрели друг на друга. В ожидании чего? Чуда.

— Почему ты не сказала мне? — сипло прошептал, а затем побил себя по карманам, выудил пачку с сигаретами. Он рвано схватил одну и начал поджигать, а потом замер, зажмурился и скомкал ее.

Я сжала руки в кулаки.

— Разве я могла? Ты четко дал понять мою роль.

Я не злилась. Несмотря ни на что… я этого человека любила, но нельзя просто взять и откатить все назад. Нельзя сделать вид, что не было момента, когда между мной и другом-лжецом он выбрал не меня. Не разобрался. НЕ выслушал. НЕ поверил.

Рашидов резко встал и начал приближаться ко мне. С каждым шагом уверенность гасла, так что я начала отходить назад, упираясь в стенку.

— Не надо, пожалуйста. Нельзя так, Арслан. Просто нельзя, пойми это. Я живой человек, не собачка.

Мужчина замер посреди квартиры, всматриваясь в мое лицо. Подрагивающие мышцы виднелись из-под обтягивающей футболки. Я только сейчас полностью рассмотрела его. Жадно следя за каждой проскользнувшей на лице эмоцией.

— Я виноват. И хочу все исправить, — сжал губы в тонкую линию.

— Слов недостаточно. А если тебя снова обманут? Подставят. Еще что-то, и все будет указывать на меня, что тогда? Ты заберешь у меня ребенка и выставишь за дверь? — с каждым словом я распалялась все больше.

Минуту назад ведь и не думала произносить всего, но сейчас я чувствовала, что только так смогу донести свои мысли и боль до конца.

Это было хуже пощечины, потому что брови мужчины сошлись на переносице. Больно? И мне было больно, Арслан.

— Не говори чушь, такого не будет никогда.

— Откуда тебе знать?

— Потому что я понял, все понял, и мне чертовски не хочется знать, что понял я слишком поздно.