"
"- Ты не хотел больше детей… Да и я, естественно, не планировала…
- Да мало ли, что мы планировали! - он резко перебивает. - Дуська моя! Я уже мало чего опасаюсь в жизни. Но честное слово, я так боялся ошибиться!
В нем столько эмоций. И они отзываются во мне так, что трудно дышать.
- Ты думал про это? А почему не спросил?
Платон проводит ладонью по коротким волосам.
- Хотел, чтобы ты сама доверилась. Или все-таки чертовски боялся, - он вдруг широко улыбается и жмет плечами.
- Ты счастлив? - морщусь.
- Где же ваша хваленая интуиция, Катерина? Я чувствую себя самым ловким везунчиком на планете.
Была не такая большая вероятность...
Он намекает на то, как всё у нас происходило, и я смущаюсь. Мы старались обезопасить себя и друг друга… Но близость была далеко не раз за ночь и… В какой-то момент защита дала сбой. А мы ничего не замечали от страсти.
Может быть, тогда вмешалась судьба. Не зря я сама себя не узнавала наутро. Хотя рядом с этим мужчиной я становлюсь совсем другой. И хочется верить, что это взаимно.
- Поднимемся к дочке? - вырывает меня из сладких грез Платон.
- Да, конечно.
Быстро киваю. Он тоже меняется. Чайлдфри готов стать самым безумным папочкой. Смеюсь от этой мысли.
- Чего ты хихикаешь? - Филатов наигранно хмурит брови.
- Вспомнила тут, что ты чайлдфри.
Мужчина закатывает глаза, а пальцы крепко переплетает с моими. Поднимает за руку с места, ведет из комнаты и к лестнице. Открывает дверь к пролетам, а у самого подножия резко тормозит. Разворачивается. Мы оказываемся лицом друг к другу.
- Да, я - чайлдфри, - произносит он шокирующие сейчас слова, - для всех остальных женщин. Детей я теперь хочу только с тобой.
Платон не отпускает мою руку и заводит ее мне же за спину. Легонько притягивает к себе. Тянется губами, и я тут же отвечаю. Ловлю его поцелуй. Боже, поверить не могу в свое счастье!
- Я так рада.
Может, надо пококетничать. Но я хочу быть просто откровенной с этим человеком. Мы и так потеряли время.
- Я тоже.
Мы улыбаемся друг другу и спешим к дочке.
Она безмятежно спит в кроватке. Кот пристроился недалеко на пушистом ковре. Семейная картина, от которой что-то внутри сжимается.
Здесь Платон меня отпускает, но я не грущу. Мне безумно приятно смотреть на него сейчас. Как мужчина быстрым шагом подходит к спящей дочке. Как мечется его взгляд. В нем как будто вулкан эмоций, которые он сдерживает. Ведь маленькая принцесса крепко спит.
- Вы с ней сразу подружились, - улыбаюсь и подхожу сзади.
