Почему ты такой понимающей, откуда так хорошо угадываешь все мои страхи. — Я тебя не принуждаю помнишь, не хочу, чтобы ты испытывала страх, неуверенность или ещё хуже боль.
— Я уверенна, я хочу, только… — он не перебивает, ждёт, когда я соберусь и договорю. — Я боюсь вовсе не потому что не хочу… Господи, как же это трудно сказать, — я отвожу глаза, и прикусываю свою многострадальную губу.
— Ну, — подталкивает он, но не торопит, — мне ты можешь сказать, только так мы сможем доставить друг другу удовольствие.
— Я боюсь, что тебе не понравиться, — выпаливаю на одном дыхании и сильно зажмуриваю глаза. Потом слышу легкий смешок и невесомые поцелую на веках.
— Глупенькая моя девочка, как мне может не понравиться этот ротик. Давай откровенность за откровенность, — мотнула головой в знак согласия, и приоткрыла пока только один глаз. — Я мечтал о твоих губках на своем член, как только впервые поцеловал тебя. В том закоулке, куда тебя затащил. Ты так призывна облизывала их, буквально насилуя моё воображение.
Мой рот против воли расплылся в довольной улыбке, да комплемент — откровенная пошлятина, но кто нас девочек разберёт, тем более момент само-то для подобных комплементов.
Теперь уже более решительно оттолкнула Волка от себя, и на кровать за одно, удобно устроившись у его бедра, уверенно, но очень нежно обхватила его твердый ствол рукой. Прошлась вниз вверх, раскрывая головку от крайней плоти, и немедля, ни давая себе не единого шанса передумать, коснулась кончиком языка его головки.
Сначала едва ощутимо, лишь пробуя на вкус, потом более решительно, как облизывала бы подтаявшее в стаканчике мороженое. Цепляю уздечку, проходясь языком по кругу, кружу возле обнаруженной мной дырочки и чувствую на губах первую каплю его удовольствия.
Так, можно считать, что я всё делаю правильно. Прохожусь языком от головки к основанию и обратно, попутно рассуждая как глубоко, при полном отсутствии опыта, я смогу его взять.
И пробую совершить первое погружение, помогая себе рукой. Глухие мужские стоны, подсказывают верность моих действий, и я совершаю то, что когда-то слышала от своих развратных подруг, делаю вакуум и выпуская член изо рта. Сверху раздаётся рык, и в мои волосы зарывается мужская рука, собирая рыжую копну в хвост. Такое действе я, повторяя ещё несколько раз, пока не чувствую, что Волк активно помогает мне бедрами, вот-вот грозясь перехватив инициативу.
