И надеяться остается только на отдаленность деревни и удачу.
Как-то вот не особо радужно.
— Зато я на свободе, — громко произнесла Лекси в пустоту гостиной, — на свободе и даже переспала с другом детства. Эх жизнь… романы нервно курят в окопе.
Она сварила себе еще кофе, налила туда сливок, сделала пару бутербродов и вместе со всем добром уселась на диване. Окна в гостиной были закрыты ставнями, отчего в доме сохранялась приятная прохлада. Но пришлось включить настольную лампу, чтобы разогнать полумрак.
Информация на Алана хранилась в трех файлах.
И уже открыв первый, Лекси хохотнула: огромными буквами там было написано: «Хантер, чтобы тебя макаки имели бананами! Ты куда влез, скотина? Ты знаешь, как я доставал эти материалы? В следующий раз я тебя использую вместо мышки и принтера, детектив хренов».
— Какие высокие рабочие отношения, — только и смогла она прокомментировать послание, после чего углубилась в чтение файла.
И чем дальше читала, тем страшнее становилось…
Глава семнадцатая
До двенадцати лет детство Алана Диксона можно назвать легким и безмятежным.
Правда, родителей он видел редко и в основном время проводил либо с няней, либо в школе, либо с друзьями, чьи родители были такими же обеспеченными людьми. Проживал он в одном из самых богатых и респектабельных районов Ванкувера. И в принципе ничем не отличался от своих сверстников, разве что учился в элитной закрытой школе и мог в любой момент попросить родителей отвезти его отдохнуть на собственный остров. Другое дело, что не просил.
Алан постоянно что-то изучал, познавал, читал. Гением его нельзя было назвать, но он очень цепко усваивал почти все знания. С детства ему внушали, что он станет наследником очень богатой корпорации.
А в двенадцать лет, катаясь на одолженном у приятеля скутере, Алан попал в аварию. Он не должен был находиться в том районе. И уж тем более он не должен был садиться на скутер, так же как и на мопед, и на мотоцикл. Единственное, что мать запрещала ему. Но Алан в силу подросткового упрямства отправился к другу, который жил в гораздо более скромном районе и с которым познакомился через социальную сеть.
В итоге Алан попал в больницу с многочисленными синяками и переломами. И самое страшное — с переломом основания черепа. Из-за чего впал в кому, которая длилась неделю.
Врачи разводили руками и не давали прогнозов. Подобные травмы не проходят бесследно. И когда Алан пришел в себя, то вокруг него постоянно был кто-то из медиков. Анализы, проверки, и снова анализы.
