– В том самом! Я слышала, Султанчик пошел к ней…
– Мне теперь на нее помолиться? – поморщился я от намека тети.
– По крайней мере, можно порадоваться, племянник, что появилась женщина, которая сможет помочь тебе с ребенком.
Она замолчала, ожидая реакции, но я решил дать ей слово. Пусть пояснит, что думает. Хотя я не горел желанием слушать мнение тетки, но из уважения готов был выслушать ее слова.
– Ребенку нужна мать, – рассуждала она тем временем, – он же не будет вечно сопровождать тебя везде и всюду. Это не дело, Мурад.
Так не принято.
– Султан вырастет и перестанет быть ручным, – уверил я ее.
– Ты не понимаешь! Он такой кроха, и именно сейчас ему нужно материнское тепло. Сейчас любая женщина, которая прижмет его к груди, станет ему настоящей матерью. Вот если бы ты женился на той, кого принял Султанчик…
– Жениться? Снова? Я только стал вдовцом, о чем ты, тетя?
– Ради ребенка, – настаивала она, – он привыкнет к ней и будет считать матерью. Да и ей будет проще принять младенца, чем взрослого ребенка.
– Для этих целей подойдет и няня. Меня нянчила ты, мать, няньки… Разве ж я помню, кто прижимал меня к груди? – урезонил я ее, начиная уставать от этого разговора.
Но тетя не сдавалась.
– Только Султанчик, в отличие от тебя, не идет на руки ни к кому, кроме Алии. Она хорошая женщина…
– Это просто совпадение. Он еще не проснулся, поэтому даже не понял, кто его нянчит. Тетя, тема закрыта. Я сам справлюсь с сыном. – Бросив взгляд на люльку, я понял, что малыш уже не спит. – Иди ко мне, мой хороший, – смягчил я тон, как только взял на руки вялого ото сна сына.
– Поедем домой?
– Н-я-я, – только и прокряхтел мой сын, морщась и ерзая в моих руках. Что-то не давало ему покоя, и я догадался что. Мой чистюля не любил грязный подгузник.
– Прости, тетя, придется мне заняться одним важным делом, – вернулся я к разговору.
– Ладно, занимайся женской работой, – отвесила она недовольный комментарий, завершая вызов.
– Нам хотят подсунуть чужую тетю, представляешь? – игриво заметил я сыну, неся его в большой санузел с установленным там пеленальным столиком.
– Я и сам прекрасно справляюсь. Зато ты не будешь неженкой.
* * *– Сынок, – встретила меня у порога мама, сразу же протягивая руки к Султану. Но, как было проверено не раз, он ее не принял, тут же захныкав. Она сразу помрачнела и прижала руки к груди, понуро опустив голову. – Пойду позову твоих сестер.
– Хорошо, мама, – кивнул я, ставя переноску с ребенком на тумбу в прихожей и раздеваясь.
