За необременительными делами, беседой с хозяйкой дома и её дочерью я прекрасно провела время, а ещё чудесно отдохнула. Мысли в голове уложились, планы, пусть не далеко идущие, но появились, и моя новая жизнь заиграла яркими красками.
Уже поздно вечером, укладываясь спать, я с удивлением осознала, что полна сил, привычная и многолетняя боль в пояснице исчезла, и я была готова горы свернуть, если, конечно, это потребуется. А ещё я ощущала такое редкое в последнее время удовлетворение, и это немного удивляло, но всё же больше радовало.
Утром я поднялась ещё до рассвета, выспавшаяся, отдохнувшая, и неожиданно для самой себя мне не терпелось отправиться на новую работу, но было слишком рано. Приведя себя в порядок, я тихонько спустилась на кухню. Там, в уютной тишине, пододвинув стул к окну и прихватив кружку, полную сладкого чая, я смотрела, как день вступает в свои права…
– Вы вернётесь сегодня поздно? – поинтересовалась мадам Розмари, выйдя за мной следом на уже оживлённую улицу.
В доме закончились некоторые продукты, а рынок в Левзее работает до обеда и только в определённые дни, и если не успеешь прийти пораньше, лотки будут пусты. А в магазинах и бакалейных лавках те же самые продукты были в три раза дороже и, по заверениям мадам Розмари, залезавшие.
– Не знаю, но, возможно, придётся задержаться, – проговорила, пряча в карман выданный мне ключ от входной двери, – работа для меня новая, пока присмотрюсь.
– Тогда я оставлю ужин вам на столе, – улыбнулась мадам Розмари.
После вчерашнего совместного приготовления пирога и вечерних посиделок за ароматным чаем женщина стала менее подозрительной и более доброжелательной.
– Спасибо, – поблагодарила я и поспешила на свою первую в этом мире работу…
– Мальца взял, – ошарашил меня старик, едва я переступила порог аптеки, и кивком показал на юного провизора, замершего за стойкой, – опыт есть, да и помоложе будет.
– Но… мы же с вами вчера договорились, – пробормотала, с трудом сдерживаясь, чтобы не выругаться и не надавать по шее невозмутимому деду.
– В объявлении указан малец, – буркнул противный старикан и прошлёпал вглубь комнатёнки, прекращая разговор. Настаивать и ругаться было бессмысленно – он в своём праве, наша договорённость была лишь только на словах. А я просто дура, всё ещё верящая в порядочность людей, позабыв главное правило – не стоит праздновать и радоваться раньше времени.
