— Егор, мне кажется или тебе не нравится моя татуировка? — спросила кукла Даша, садясь на колени рядом с ним в постели.
— Я ее ненавижу! — признался он, наконец, с отвращением глядя на надпись. — Я ненавижу даже тот факт, что он был в твоей жизни, а уж видеть, что твои чувства были так сильны, что ты даже испортила свою кожу в память о нем… Это просто пиздец какой-то, Даша!
Девушка округлила глаза, смотря на него с явным непониманием.
— Ты бредишь, что ли!? — воскликнула она.
Однако, его уже понесло. Егор так долго копил в себе эти эмоции, что они просто выплеснулись наружу ядом, который бурлил в нем неделями.
— Ну, извини, что я такой ревнивый! По крайней мере, я удалил все фото своей бывшей из соц. сетей, в отличие от тебя. Ты говоришь, что любишь меня, но так трепетно хранишь воспоминания об этом гандоне. Эти фото греют тебе душу?
— Ты точно бредишь! Это ты об Эрике? Потому что у меня только один бывший и да, я не удалила его фото, потому что это часть нашей истории и, хоть мы и расстались, но мы все еще дружим.
Вот только какое отношение он-то имеет к татуировке?
— Не делай из меня дурака! — разозлился Егор. — Сама же призналась, что он твой единственный бывший! Или ты думаешь, что я поверю, что ты сделала татуировку в честь мужика, которого знала несколько дней и который тебя унизил? После того случая, ты вернулась в колледж и между вами снова что-то было, не так ли? Опять не сложилось и ты, как типичная женщина, решила, что должна запомнить этот урок жизни и сделала чертову татушку с банальной лирикой!
Даша обиженно скривилась и из ее глаз потекли слезы, падая на простыни большими каплями.
— Ты действительно дурак! — закричала она, вскакивая на ноги и пиная его по бедру, прежде чем слезть с кровати. — А точнее — тупой урод!
Она убежала в ванную, громко хлопая дверью, прежде чем он успел что-либо понять, но Егор не стал идти за ней.
Правда, спустя двадцать минут, он остыл и понял, что, вероятно, сделал неправильный вывод, раз она так расстроилась, и, одевшись, стал ждать, пока Даша выйдет из ванной.
Ждать пришлось долго.
— Я не хочу с тобой разговаривать, — оборвала она его на полуслове, как только открыла дверь и увидела его сидящим у порога. — Дай пройти.
Кукла Даша куталась в большой банный халат, выглядя в нем маленькой и трогательной. Остатки его злости как ветром сдуло, когда он увидел ее, покрасневшее от слез, несчастное личико.
— Прости, — вставая на ноги, выдохнул Егор.
Она прошла мимо, игнорируя его, и заперлась в спальне.
