Докажи мне

Олег сильно сомневался, что ей за этот час еще один мудак по пути попался, сумевший до слез довести. Значит — его вина.

Оба замерли на какие-то секунды, кажется, растерявшись, не понимая, как реагировать. Потому что каждого по-своему зацепило все, что было сегодня, почудилось. И оба не знают, как поступить верно.

И тут Даша заметила, куда его рука тянется… По выражению лица как-то сразу понятно стало, кто принес и… готовил, похоже. У него внутри что-то совсем непривычное дрогнуло.

Но… девчонка вдруг нахмурилась, словно с обидой, которую тоже не желала показывать.

Губы ее сами поджались с такой явной обидой!..

— Стойте… Олег Георгиевич! — как бы вообще неприветливо, выдавила из себя Даша. — Это не вам! — пробурчала. — Забыла убрать просто…

И тут же двинулась к нему, по ходу торт на своем столе оставив. При этом все так и смотрит куда-то мимо его глаз.

Ага, как же! Фиг он теперь кому-то эту булку отдаст! Даже ей. Не дождется! Нет, понятно, что обиделась, но ведь точно ему принесла… А иначе сюда бы не положила.

Вон, торт в другое место водрузила же.

И уже от самой догадки — голову взрывало чем-то диким, примитивным и глубоким, как и что-то глобальное, необъяснимое за грудиной. Ведь такой жест что-то, а значил, да?!..

**Елки-палки! Ему не должно быть так охренительно от одного лишь предположения, если по уму!.. Проблема в том, что ума в этот момент в голове Олега как раз и не наблюдалось.

Дарья же свою голову вскинула повыше, будто демонстрирую, насколько зла… Ну, ок, право имеет, он тут без претензий.

Хотя взгляд так от его глаз и отводила, вперившись куда-то Олегу в район межбровья, по ощущению. Жжет… как прицел снайпера, м-да.

Но… ладно, чего уж, заслужил.

Только у самого внутри что-то вскинулось вредное… и желающее ее растормошить, а может, и развеселить. А то захлопнулась, закрылась от него… Гутник хотел назад ее такой, какой вчера была: острой на язык, открытой, вопреки его дурному поведению.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​ — Оно на моем столе находится, Дарья, — специально по имени назвал, провоцируя смотреть.

Не поддалась. Ладно, упрямых тут двое. — Все, что на моем столе, по определению, — мое! — заявил с несколько излишне афишируемым апломбом, чтоб сильнее отреагировала.

И добился того, что девчонка на него уставилась, замерев буквально в двух шагах. А потом такую гримасу скорчила… будто он полную чушь нес.

— Что за… глупости, Олег Георгиевич?! Дурацкий аргумент! — возмутилась.