Докажи мне

Что, конечно, тоже не восторг, но хоть и не в слезах уже. Пусть позлится, оно ей на пользу только. — Я сама вчера на этом столе «находилась», когда пиццу ела, и что теперь?! — уставилась на него, словно с вызовом.

Потому что и Олег на нее в упор смотрел. Не мог и не хотел глаза отводить, каждую каплю этой злости впитывая, малейшую черточку изучая и запоминая в ее лице: как губы поджимает, как сверкают яростью зеленые искры в глазах, румянец на щеках, брови свела… Черт! Ему хотелось обхватить это недовольное лицо ладонями, запутаться пальцами в волосах, на себя рывком и… Так зацеловать, чтоб, как ее зовут — забыла!

А уж после ее неосторожного, точно наивного ответа… Полыхнуло пламенем за ребрами! Алчным, ревущим зверем зарычало внутри! Так он же как раз об этом!

Спасибо, опыта и выдержки хватило зубы сцепить, не дать из груди хриплым рыком вырваться.

— И это только подтверждает мое заявление, Дарья, — голос сел, хриплый, с какими-то надсадными интонациями, жадными.

Стоят чересчур близко для его умения владеть собой. Смотрит сверху вниз в ее взор, и расстояния почти не осталось.

А у нее глаза стали в пол-лица, ей-богу! Замерла, кажется, забыв, как дышать надо. И смотрит так… будто этот неутихающий рев в его голове услышала… Появилось странное ощущение, что еще мгновение — и весь контроль на фиг! Отбросит все и начнет ее целовать! Аж дернулось что-то в солнечном сплетении, требуя Дарью в его руках!.

О-хо-хо… Как-то его со старта не туда завернуло. А ведь извиняться собирался.

И, наверное, чтоб усилить эффект, протянул руку в бок, не очень глядя, взял и отломил-таки кусок от булки, даже чуть нахально засунув себе в рот и принявшись жевать… Ну чтоб уже точно не отобрала. Зачем ей угощение без товарного вида?

Это было так вкусно! Что Гутник сам не понял, как еще кусок в рот потянул, пока Дарья ошарашено на него уставилась, прямо пылая возмущением!

Ну хоть не грустит уже.

И тут Олег вспомнил, что у него, вообще-то, для нее подарок… Дебил! Торопливо проглотил кусок, чуть не подавившись и ощущая себя полным придурком. Протянул девчонке пакет и цветы.

— С Днем рождения, Дарья! И… мне действительно стыдно за мое поведение в больнице, да и за то, что так по-дурацки день вам испортил. Простите старого дурака, — всунул это все в ее руки, окончательно в ступор вогнав, кажется.