Потому что полицейский Римо Уильямс несколько лет назад был казнен на электрическом стуле в штате Нью-Джерси за убийство в темном переулке какого-то торговца наркотиками.
Торговец наркотиками был действительно убит, но убил его вовсе не Римо Уильямс. Справедливо поэтому, что он и не умер на электрическом стуле. Весь этот трюк понадобился правительству для того, чтобы убрать отпечатки пальцев и другие данные из всех картотек и досье, превратив Римо в человека, которого якобы не существует.
Приятно чувствовать близость Карибского моря, оно как будто вливает новые жизненные силы.
Римо изнывал от желания сомкнуть веки и задремать.
Но тут один из мужчин, сидевших у грузовичка, сказал другим, что боится.
– Если что-то пойдет не так, слышь-ка, я убью тех белых парней, что прилетят. Сегодня должна прибыть самая большая партия, какую мы когда-либо получали. И всех «фараонов» я тоже перестреляю. Так и сделаю. Д-да, с-сэр. Полицейский, что встанет на пути старины Руфеса, – мертвец."
"Ладно, Руфес, хочешь застрелить белых парней, твое дело.
Это избавит меня от лишних хлопот, подумал Римо. Он прислушался, не раздается ли сквозь ласковый плеск волн под утесом шум мотора.
Руфес подготовил для своих компаньонов еще и полезный совет. Он сказал им, чтобы они не беспокоились.
– А чего беспокоиться, Руфес?
– Насчет того, что говорит старуха с холма.
– А я и не знал, что она опять что-то сказала, парень.
Отрывистые английские фразы звучали с мелодичной напевностью. Такая манера речи, свойственная уроженцам стран Карибского бассейна, кажется, последнее, что осталось у них от не таких уж хороших, но и не совсем плохих колониальных времен.
Теперь, похоже, они окончательно утратили всякие нравственные принципы.
– Насчет нашего сегодняшнего дельца.
– Ты, Руфес, не рассказывал нам, что старуха с холма что-то говорила об этом.
– А… не имеет значения.
Римо был уверен: Руфес уже жалеет, что заговорил на эту тему. Ну, да это неважно. Скоро все его сожаления кончатся.
Остров благоухал густым целебным ароматом цветущих растений.
Казалось, выделяемый ими кислород ощущался на вкус. Но не самолет ли это? Римо не хотелось провести в ожидании целую ночь.
– Ну и что сказала старуха о сегодняшнем деле, Руфес?
– Да не забивайте себе этим мозга, парни. Все будет в порядке.
– Или ты, Руфес, сейчас же расскажешь мне все, или я беру грузовик – мой грузовик – и возвращаюсь домой. Я оставлю тебя и весь твой груз здесь, на утесе, а отсюда до города почти сутки ходьбы.
