Ты же не думаешь, что ребенка мне родила суррогатная мать?
Мои бывшие одногруппники сейчас оканчивают ординатуру. Ребята, с которыми я успела проучиться первый курс и сдать летнюю сессию. А потом я ушла в академический отпуск — несложно догадаться, по какой именно причине. И именно по этой причине мое обучение так затянулось, но я ни о чем не жалею.
Смех Данилы искренний и веселый. Он снимает с моих плеч часть напряжения, но я все еще помню, с кем разговариваю, и этот кто-то все еще не объяснил, зачем звонит.
— Ты освободилась? Уже почти три…
— Я свободна.
Не вижу смысла врать, ведь все это меня по-прежнему ни к чему не обязывает.
— Ты зависаешь все там же? В четвертом корпусе? — спрашивает Капустин.
— Да…
— Буду через двадцать минут. Черный «БМВ» семь три семь. Жди у шлагбаума.
Изумленно смотрю на телефон с прерванным вызовом у себя в руке.
Он действительно занял свою должность не случайно: его способность заговаривать зубы просто поразительна!
Порывшись в телефоне, нахожу в одном из мессенджеров непрочитанное сообщение от уже знакомого номера и быстро читаю.
Капустин просит позвонить ему, если я свободна.
Глядя по сторонам, прикусываю изнутри щеку, решая, что мне делать.
Можно подумать, у меня огромный выбор! Не стану же я вести себя, как ребенок, и убегать!
Вываливаю на стойку гардероба номерок, решая отправиться к шлагбауму и встретиться с Капустиным лично. В конце концов, мы не виделись семь лет, возможно, еще столько же не увидимся.
Резкими движениями заталкиваю в рюкзак халат, надеваю куртку и повязываю вокруг шеи снуд.
Пока бреду вдоль главной дороги к парковке по притоптанному снегу, думаю о том, что моему прошлому с Зотовым давно пора стать чем-то вроде миража, но вопреки всему даже семь лет спустя оно кажется реальнее некуда — до мелочей, до запахов и вкусов!
Подойдя к шлагбауму, переминаюсь с ноги на ногу от мороза и дую на озябшие в варежках руки, чувствуя, как по телу разливается трепет и волнение.
В груди щекочет, пока всматриваюсь в проезжающие мимо машины.
В моем животе неспокойно. Напряжение стягивает его низ в тугой жгут, сердце под свитером делает скачок.
Когда в нескольких метрах от меня, разбросав колесами грязный придорожный снег, паркуется черный джип «БМВ», в голову лезет непрошеное воспоминание: красный дерзкий спорткар, на котором семь лет назад мой парень забирал меня отсюда же. От этого самого шлагбаума.
Зотов начал обеспечивать себя с четырнадцати лет, а в шестнадцать купил первую машину.
