Протянув руку, Капустин меняет положение зеркала заднего вида, и угол его наклона говорит мне о том, что Данила изучает пассажира за собой.
— Добрый вечер, — Альберт поправляет очки в стильной квадратной оправе, потом просовывает ладони между тесно сжатых коленей.
— Приве-ет! — звонко отзывается Ника, развернувшись в своем кресле.
— Добрый… — Капустин возвращает зеркало в исходное положение и оборачивается, окинув взглядом мою подругу.
Ее волосы собраны в высокий пучок с вьющимися у висков прядками, одета она в объемный пуховик с меховой опушкой на воротнике.
— Мы едем за город, — уточняет Данила. — Пристегнитесь.
Острый и вопросительный взгляд Капустиной полосует меня по лицу, но, мотнув головой, теперь сама прошу ее ни о чем не спрашивать!
Прикусив губу, так и делает. Знаю, она удивлена не меньше меня самой, но я так отвыкла посвящать свободное время кому-то кроме дочери, что перспектива провести его в компании старых знакомых сглаживает вероятность присутствия там одного конкретного человека. Я предпочитаю просто отключить голову, иначе мысли натрут мне мозоль.
— Я тебе доверяю, — говорит Таня Капустину. — Вряд ли ты захочешь убиться в расцвете своей карьеры.
— Дорога полна неожиданностей, — смотрит на нее через плечо. — У тебя самое небезопасное место в салоне, так что пристегни ремень.
Таня поджимает губы, а девушка Капустина мурлычет:
— Заботливый…
Таня кривит лицо, будто ее сейчас стошнит, но все же пристегивается, а потом цепляет Альберта за локоть и насильно прижимает парня к себе, громко спрашивая:
— Куда конкретно мы едем?
— За двадцать километров от города.
В сторону Молодежного поселка, — поясняет Капустин, выкручивая руль влево.
По крайней мере, это недалеко.
Поерзав на месте, устраиваюсь удобнее.
Танин бок тесно прилегает к моему. Ника подпевает радио, и музыкальным слухом ее природа не обделила.
Таня тихо фыркает, но все происходящее, как ни странно, действует на меня расслабляюще.
Мерное покачивание внедорожника и мелькающие за окном поля гипнотически усыпляют. Не в силах сопротивляться, вязну в теплом плену дремоты и отключаюсь. Понятия не имею на сколько, но, когда меня трясут за плечо, подскакиваю мгновенно.
Кручу головой по сторонам. С тех пор, как Капустин усадил меня в свою машину, успело стемнеть.
— Что? — спрашиваю, потирая кулаком глаз, пока «БМВ» тормозит у ворот дома.
— Приехали, — отрывисто говорит Таня.
