Долгожданный любовник

Она намеренно перевела взгляд на аппарат, что использовали для ее внутреннего осмотра.

Увидев, как побледнела медсестра, Лэйла не ощутила радости от этого шантажа. Но сожаления она тоже не испытывала.

Медсестра низко поклонилась и, пятясь, вышла из кабинета, оставив нелепую ткань на столике у раковины.

И это только начало.

С другой стороны, она теряла дитя — и это был конец.

Протянув руку, Лэйла взяла белую ткань и обернулась в нее. Она не заботилась о деликатных чувствах врача, но если будет прикрыта, как они просили, может тогда он сосредоточится на ней, а не на том, кто она.

Почти сразу же раздался стук в дверь, и, когда Лэйла ответила, вошел Хэйверс с таким видом, словно кто-то приставил пистолет к его голове. Его полуприкрытые глаза не отрывались от пола, а судорожно скрещенные руки прижимали к груди стетоскоп.

— Если бы я знал ваш ​​статус, то никогда не посмел бы коснуться вас.

— Я пришла по собственному желанию, как пациент, которому требуется помощь.

— Вы — Святая на Земле. Кто я такой, чтобы вмешиваться в сакральные дела?

— Пожалуйста. Просто положите конец моим страданиям и скажите, как обстоят дела.

Он снял очки и потер переносицу:

— Я не могу поделиться такой информацией с вами.

Лэйла открыла рот. Закрыла.

— Не вы моя пациентка. А ваш плод и Праймэл… Я поговорю с ним, когда смогу…

— Нет! Вы не должны вызывать его сюда.

Взгляд, которым одарил ее Хэйверс, сочился презрением, которым, как посчитала Лэйла, он обычно удостаивал проституток.

— Вы не в том положении, чтобы что-то требовать.

— Я пришла сюда по собственному желанию, как независимая женщина…

— …по закону принадлежит Праймэлу, как и должно. Вы не важны — всего лишь сосуд для того, что вам дают. Как вы посмели появиться здесь, притвориться простой женщиной… Подобным двуличием вы поставили мою медицинскую практику и жизнь под угрозу.

Лэйла почувствовала дикую ярость, воспламенившую каждое ее нервное окончание.

— Чье сердце бьется в этой груди? — Она стукнула себя ладонью по груди. — Чье дыхание вырывается из этого рта!

Хэйверс покачал головой:

— Я буду говорить с Праймэлом и только с ним…

— Вы же не серьезно! Я одна живу внутри этого тела. Больше никто не…

Лицо доктора напряглось от отвращения.

— Как я уже сказал, вы всего лишь сосуд для божественного провидения… самая сокровенная часть Праймэла в вашей утробе.