Долгожданный любовник

Впервые в своей жизни Кор услышал от себя звук полнейшей агонии:

— Славная Дева в Забвении…

Мысль о том, что в Колдвелле находились члены с’Хисби наполняла Треза желанием собрать свои манатки, прихватить брата и рвануть прочь из города.

Пока ехал со склада в «Железную маску» в его голове плескалось столько дерьма, что он вынужден был заставлять себя думать о поворотах, на которых нужно свернуть, знаках «СТОП», у которых надо остановиться и о том, где припарковаться, когда подъехал к клубу. А затем, заглушив мотор «X5», он просто сидел за рулем и глазел на кирпичную стену своего клуба… наверное, где-то с год.

Чертова метафора, но у него все валилось из рук.

Не то чтобы он не знал, насколько подводил свой народ. Ну и что? Ему было насрать. Он не станет жить по старым обычаям. Жизнь, что он вел сейчас, принадлежала лишь ему самому, и он отказывался позволять данному при его рождении обещанию, заключать, его, взрослого, в клетку.

С тех пор, как Ривендж сделал доброе дело века, спася задницы Треза и его брата, для него все изменилось.

Им с АйЭмом приказали присоединиться к симпату за пределами Территории, чтобы отработать долги, и это «насильственное» погашение стало его билетом в один конец, выходом, который он искал. И хотя Трез сожалел, что втянул в это АйЭма, в конце концов, и братцу пришлось отправиться с ним, а это стало еще одной частью идеального спасения, в котором он сейчас жил. Отлучение от с’Хисби и вступление во внешний мир стало откровением, первым восхитительным вкусом свободы, где не было ни протоколов, ни правил и никто не дышал ему в спину.

В чем ирония? Это должно было стать подзатыльником за смелость выйти за пределы Территории и присоединиться к Непознанным. Наказанием, целью которого было поставить его на место.

И с тех пор в глубине души он надеялся, что такое тесное сплетение с Непознанными за прошедшее десятилетие или около того осквернит его в глазах с’Хисби и лишит дарованного ему при рождении право «чести», наказав вечной ссылкой, в которой сейчас пребывал.

Проблема в том, что отправка сюда верховного жреца ЭнсЛэя, означала, что цель не достигнута. Если только он прибыл не для того, чтобы отречь Треза.

Хотя, он бы об этом услышал от АйЭма, верно?

Трез проверил телефон. Ни видео, ни текстовых сообщений. Они с братом снова оказались в немилости… если только АйЭм не решил плюнуть на всю эту херню и вернулся в клан.

Резкий стук в окно не только заставил Треза повернуть голову, но и выхватить пушку.

Трез нахмурился.