Долгожданный любовник

Казалось, что он готов вечно стоять в дверном проеме гостиной.

— Иди сюда, — сказал Блэй, затягивая мужчину внутрь и закрывая дверь. — Ложись на кушетку.

Куин последовал за ним, его говнодавы шаркали вместо того, чтобы решительно вышагивать.

Добравшись до софы, они присели лицом друг к другу касаясь коленями. Взглянув на парня, в нем самом отозвалась вся печаль Куина, затронув настолько глубоко, что не в силах остановиться, он вытянул руку и погладил эти черные волосы…

Внезапно Куин попросту ослабел, его тело согнулось пополам и буквально рухнуло Блэю в объятья.

Часть Блэя осознавала, что он оказался на опасной территории. Секс — это одно дело, и с ним непросто справиться, после того, как парень его так хорошо оттрахал. Это тихое мгновение? Было всецело губительным.

Вот почему он вылетел к черту из той спальни днем раньше.

Однако, сегодня все было иначе, он мог контролировать это. Именно Куин искал утешения, а Блэй мог отказать в нем или же дать по своему усмотрению. Быть тем на кого полагаются, совершенно отличается от того, чтобы быть просителем… или нуждающимся в помощи.

На Блэя можно было положиться. В этом была некая безопасность, уверенность, стабильность. Это было не похоже на падение в бездну. И черт, если кто и знал что это такое, так это он. Богу известно, он провел там годы.

— Я бы все сделал, чтобы это остановить, — сказал Блэй, поглаживая спину Куина. — Мне жаль…

Ай, слова тут были дьявольски бесполезными.

Так они и сидели невообразимо долгое время; спокойствие этой комнаты завернуло их в своеобразный кокон.

— Хотел бы я, чтобы было хоть что-то, что я могу сделать — подал голос Блэй, когда стальные панели с лязгом встали на место.

— Тебе, наверное, пора уходить.

Блэй оставил это без внимания. Правда была совсем не тем, чем он хотел бы делиться: табун обезумевших мустангов, заряженные стволы, пожарные шланги, топающие слоны.

Какая-то часть его злилась на это. Не на Куина, а на его собственное сердце. Проблема в том, что с природой не поспоришь… и он начинал это понимать. В разрыве с Сакстоном. В признании матери. В этот момент, здесь.

Куин со стоном поднял туловище вверх и потер свое лицо. Когда он уронил руки, его щеки были красными, как и глаза, но не потому, что он плакал.