Долгожданный любовник

Это был первый шаг к восстановлению организации.

Лэйла смотрела на кусок туалетной бумаги в руке, и красное пятно на белом казалось ей воплощением безумного крика.

Протянув руку назад, она спустила воду. Когда Лэйла поднималась на ноги, ей пришлось опереться о стену, чтобы удержать равновесие. Прижимая руку к низу живота, а другой держась на раковину, а затем за дверной косяк, она заковыляла в спальню к телефону.

Первым побуждением было позвонить доку Джейн, но Лэйла отклонила этот порыв. Если она находилась в процессе выкидыша, то была возможность, что Куин избежит гнева Праймэла… при условии, что все сохранится в тайне.

А воспользоваться услугами личного доктора Братства — не лучший способ сохранения конфиденциальности.

В конце концов, женщина может кровоточить по одной лишь причине — отчего, конечно же, неизбежно последуют вопросы о ее жажде и о том, как она с ней справилась.

Лэйла открыла ящик прикроватной тумбочки и достала черную книжечку. Отыскав телефон клиники, набрала его дрожащей рукой.

Вскоре она повесила трубку, назначив встречу у врача через полчаса.

Хотя, как она туда доберется? Лейла не могла дематериализоваться — слишком встревожена, и кроме того, беременным это не рекомендовалось. И она ощущала, что не сможет вести машину сама. Уроки Куина были всеобъемлющими, но она не представляла, как в таком состоянии сможет выехать на скоростную трассу и влиться в бурный поток машин.

Фритц Перлмуттер был единственным вариантом.

Подойдя к шкафу, Лейла достала мягкую рубашку, скрутила ее в толстый жгут и закрепила между ног с помощью нескольких пар трусиков.

Такое решение вопроса оказалось слишком громоздким, ходить было неудобно, однако это была наименьшей из ее проблем.

Телефонный звонок на кухню обеспечил водителем в лице дворецкого.

Теперь ей нужно было просто спуститься по лестнице, выйти из вестибюля, забраться в длинный салон автомобиля… и не столкнуться ни с одним мужчиной из дома.

Собираясь уже покинуть комнату, Лэйла наткнулась на свое отражение в зеркале на стене.

Ее белая мантия и официальная прическа, как ничто другое, указывало на ее статус Избранной. Никто из женщин так не одевался, только приближенные Девы-Летописецы.

Даже если она появится под вымышленным именем, которым представилась секретарше, все равно все догадаются о ее принадлежности к Другой стороне.

Сбросив свою мантию, Лейла попыталась натянуть штаны для йоги, но из-за рубашки-прокладки это оказалось невозможно.