Теперь Хромой брел по воде и придерживал плывущий по течению челнок, а Кошка спала в челноке, и все было хорошо, только она часто хныкала во сне. Один раз, когда Хромой попытался укрыть ее шкурой, Кошка спросонок злобно вцепилась зубами в его руку, а очнувшись, с плачем зализывала укус и долго тыкалась головой в плечо, извиняясь.
Потом она уснула опять - беспокойно, тревожно - и снова затолкала шкуру ногами в самый конец челнока, но не проснулась. Так и спала скорчившись, стуча зубами и подвывая от холода.
Второй раз укрывать Хромой не решился (еще палец откусит), только тревожно поглядывал на ее посиневшее, жалобно сморщившееся лицо."
"А на следующий день пошел дождь. Не туманная морось, к которой Хромой уже привык настолько, что перестал замечать, а настоящий дождь, холодный и монотонный. Первый зимний дождь. Он шел весь день, и всю ночь, и утром; воды в Реке стало больше и поэтому плыть в челноке можно было вдвоем.
Хромой греб неторопливо, размеренно погружая весло в серую, словно кипящую под ударами частых тяжелых капель Реку, а Кошка вычерпывала воду треснутым горшком и канючила, чтобы он греб быстрее, а то у нее от сырости зудит между пальцами - наверное, растут перепонки, а с перепонками она не хочет, потому что все будут смеяться и дразнить.
В то, что от дождя между пальцами могут вырасти перепонки, Хромой не верил, но поскорее увидеть земли Племени ему тоже хотелось, и он стал спешить.
Прошел еще один день, а потом еще один, и впереди сквозь серые космы дождя забрезжили очертания низкого острого мыса - Жала Реки, и Хромой поразился, как короток путь, казавшийся ему бесконечным.
А Кошка сказала, что незнакомый путь всегда длинный туда и короткий обратно. И еще сказала, что когда Хромой плыл к Синим Холмам, Река мешала ему, а теперь помогает. Кошка умная - Хромой всегда это знал. И Странный говорил, что Кошка умнее всех стариков.
Странный...
Пусто на Речном Жале. Только несколько обклеванных и изгрызенных костей желтеют среди мокрой гальки там, где огромной бесформенной грудой расплывался под неистовыми лучами Слепящего труп Корнееда.
Хромой издали показал Кошке, где он похоронил то, что сумел вытащить из-под зловонной туши, велел отнести подарки: еду, украшения... А сам не пошел, остался у челнока. Он не хотел, чтобы Кошка видела его слезы.
А потом они поплыли дальше.
Дно челнока тихо зашуршало по песку. Кошка шустро перелезла через борт и зашлепала по мелкой воде к берегу.
