- Стой!
Хромой нарочито неторопливо вылез из челнока, проверил, крепко ли тот застрял на отмели. Потом взял копье и, обойдя стоящую в воде Кошку, выбрался на берег. Кошка сунулась было следом - он только глянул через плечо, и она осталась на месте.
Хромой подкрался к пещере и, пригнувшись, стоял у входа, внюхиваясь и всматриваясь. Потом, выставив перед собой копье, нырнул в темноту. Он пробыл в пещере довольно долго, и Кошка переступала в воде озябшими ногами, мерзла и волновалась. Наконец Хромой выглянул, буркнул:
- Иди.
..
Кошка прошмыгнула мимо него, на ходу игриво лизнула в плечо - Хромой отмахнулся. Он сердился. Сердился за то, что Кошка наотрез отказалась выходить на берег у водопоя чтобы идти к Хижинам, и плакала, ныла, канючила, колотила пятками по дну челнока, пока Хромой не согласился ночевать в пещере Странного. Он уговаривал, убеждал, что пещера давно пустая, что туда могли забраться ночные убийцы, трупоеды, ползучие, немые, что дух Странного может обидеться - все было напрасно.
Не мог же Хромой сказать, что боится! Кошка дразнила бы его до самой смерти - это она умеет лучше всех. Ей легко быть храброй. Привыкла, что Хромой защитит, ведь даже от Духов Звенящих Камней ее спас. А каково Хромому, которому надо бояться за двоих? А может, и за троих, если Кошка не врет - это она тоже умеет...
Хромой, насупившись, сидел у входа и сердито сопел, а Кошка шныряла по углам.
В пещере все осталось так, как было при Странном. Кошка нашла и хворост, и Породителя Огня, и в очаге уже разгорался костер, и тянуло дымком, а Кошка все копошилась в сторонке, зачем-то ковыряла палкой стену, покряхтывала.
И вдруг засмеялась, запищала, заулюлюкала так звонко и весело, что Хромой не выдержал и пошел посмотреть, что она там откопала.
Кошка откопала еду. Большой горшок сушенных ягод, перетертых с жиром. Правда, жир прогорк, а какие-то маленькие добрались до этого горшка раньше Кошки и многое съели, но осталось гораздо больше.
Прогорклый жир - это не очень вкусная еда, но Хромой и Кошка не смогли оторваться, пока не съели все.
Кошка даже попыталась вылизать горшок, но не вышло: голова не пролезла.
Они сидели около очага, отдувались, икали. Хромой подобрел, голова его клонилась на грудь, глаза слипались. Но Кошка вдруг сказала:
- Расскажи: как?
Хромой встрепенулся, растерянно заморгал:
- Как - что?
Кошка щурилась от дыма, глаза ее стали двумя узкими щелками. ""Как у Узкоглазого"", - вдруг неприязненно подумал Хромой.
