Доллары царя Гороха

– Мне дай, – оживилась выскочившая на террасу Маня.

В ту же минуту из-за избушки донесся обиженный визг, и на лужайку вырулил Снап, весь мокрый с головы до ног.

– Тут пруд есть? – удивилась я. – Похоже, Снапун в него угодил. Хотя его ни за что не заставишь к воде подойти.

– Это я в окно ведро вылила, – сообщила Ирка, выходя на террасу, – полы помыла. Кто ж знал, что Снапик мимо бежит! Вся грязь ему и досталась.

– Разве ты в Ложкине выплескиваешь воду в окна? – возмутилась я.

– Так то Ложкино, – не дрогнула Ирка, – там ландшафтный дизайн, Иван за такое живо по рукам насует.

– Какая гадость, – раздался сердитый голос, и из дома вышел Дегтярев, – только хотел душ принять, а вода закончилась. В этих Вербилках с ума сойти можно! Слишком уж высокая цена…

Сказав последнюю фразу, полковник осекся и, шумно дыша, сел у поцарапанного стола.

– Цена за что? – спросила я.

– За эту с позволения сказать дачу, – буркнул Александр Михайлович, но мне отчего-то показалось, что на самом деле у полковника на уме были иные мысли.

– Надо же! – посетовала Ирка. – Воду отключили! А я только что целое ведро в кусты опрокинула. Вы помыться могли.

Дегтярев замер, потом решил уточнить:

– Ты имеешь в виду ту, в которой на моих глазах полоскала половую тряпку? Грязный раствор с плавающей сверху шерстью Хуча? Предполагаешь, что я начал бы с восторгом плескаться…

Договорить он не успел, потому что Машка вскочила и заорала:

– Ой! Смотрите! Стой! Не смей трястись!

На террасу, вывалив набок длинный розовый язык, вылетел Снап, покрытый от морды до хвоста ровным слоем золы.

– Не пускайте его в дом! – испугался Дегтярев. – Сейчас все перепачкает!

– Наливайте ванну, купать его будем, – распорядилась Маня.

Услыхав ненавистный глагол, Снап взвыл и, оставляя за собой серо-черные следы, ринулся с террасы в кусты. Из зарослей меланхолично вышел Хуч с очередной дохлой мышью в пасти. Но мне было не до него.

– Какая ванна?! Воды нет!"

"– Где он нашел золу? – засуетилась Ирка.

– Это я мангал чистил, – ледяным тоном сообщил Аркадий.

Ирка захлопнула рот, но Кешу уже понесло:

– Позволь напомнить тебе, разлюбезная Ирина, что к сухой собаке зола не пристанет, а вот на мокрую налипает мгновенно. И кто из нас выплеснул на Снапа помои, а? Конечно, бедное, ненавидящее воду животное решило в спешном порядке вытереться о траву и повалялось в золе. Только я тут совершенно ни при чем.