У вас хорошее расположение – институт недалеко.
– Ну, в вашем возрасте положено пошуметь. Не сильно и не допоздна, – подмигиваю им. – Я уезжаю в другой город.
– Надолго? – сводит брови парень. – Нам бы хотелось снять квартиру на долгий срок.
– Надолго. Живите и не переживайте, но не забывайте переводить денежку. Мне тоже нужно оплачивать жилье.
– А можно ванную посмотреть?
– Да, конечно, осмотритесь, – раскидываю руки и выхожу на лоджию.
Открываю приложение в телефоне, подтверждаю бронирование билетов, расплачиваюсь.
Вылет завтра.
Пишу Валерии о том, что прилетаю завтра вечером, время и номер рейса. Она давно меня звала в свой фитнес-центр. Но я отказывалась. Мне было и здесь хорошо.
А теперь нехорошо.
Невыносимо.
Меня душат эта квартира и этот город. Белов отпустил меня, а свободы я не чувствую. На мне до сих пор его невидимый поводок, и он давит, сжимая горло, даже без хозяина. Я устала и хочу дышать спокойно. Поэтому лечу на юг к морю. Говорят, морской воздух легче и лечит все проблемы с дыханием.
Надеюсь, душевные травмы он тоже лечит или хотя бы облегчает течение болезни.
Телефон вибрирует, оповещая о входящем сообщении от Юлии. Я сменила номера, но эта женщина достала меня в соцсети. Никогда бы не подумала, что она такая тварь. Уже неделю Юлия сообщает мне в подробностях, как развиваются их отношения с Беловым. Делает она это хитро и изощрённо, словно извиняясь передо мной, прося не строить им преград и дать Белову развод.
Не удивлена.
Да, я разбита и растоптана.
Но не удивлена.
Белов пошел в наступление. Теперь ясны причины моей досрочной амнистии.
И мне гадко."
"Даже в какой-то мере жалко эту ехидну. Потому что она очередная актриса в его страшной пьесе. Инструмент. Как только Юлия выполнит свою функцию, тут же будет выброшена, как отработанный материал. Но я не спешу ей об этом сообщать. Ее ждет сюрприз. Идиотка. Кинулась на красивую обертку, на фасад и обаяние Паука. Видимо, трахает он ее зачетно. Последние мозги отшибло. Если они, конечно, у нее были, в чем я сомневаюсь.
Даже не открываю очередное «издевательство», кидая ее в чёрный список.
Нечем хвастаться, Юленька.
Ты сама еще не знаешь, что твоя сытая, гламурная жизнь разрушена. Постель Паука кидает в черную бездну разочарований.
Я не ревную.
Какой бы Паук ни был мудак, он поступил честно, как бы парадоксально это ни звучало. Сначала выкинул меня, потом впустил в свою паутину Юлию. И на ревность я не имею права.
Я больше не ненавижу его, не хочу убить и не злюсь.
