Светлая, молочная… Будет жаль… – не договаривает. Поглаживания прекращаются. Несколько секунд тишины, прикрываю глаза, пытаясь дышать ровнее.
– Ай! – вскрикиваю и дергаюсь от боли, получая удар ремнем по бедрам. Это больно. Кожа горит. В первые секунды шокировано глотаю воздух, пытаясь осознать происшедшее. Прихожу в себя, когда следом получаю ещё один шлепок ремнем. – Ай! Отпусти! Мне больно! – дергаю руками со всей силы, выворачиваюсь, пытаясь развернуться.
– Тихо! – Белов хватает меня за волосы, удерживая на месте.
Притягивает к себе, прикасаясь губами к моему уху. – А как ты хотела, Лиса? – прикусывает мочку. – Если расслабишься и не будешь дергаться, то все пройдёт менее болезненно, – хрипло шепчет мне.
– Нет… – только и могу сказать, потому что бедра горят от боли, но тело дрожит от возбуждения. Я с ужасом понимаю, что вот этот его хард возбуждает меня еще больше.
– Видела бы ты, как это красиво – красные полосы на молочной коже. Поверь, я делаю это в полсилы, – удерживает меня за волосы, дышит в ухо, обжигая, и снова шлепает ремнем.
Стону от новой порции обжигающей боли.
– Ты садист!
Самое шокирующее в этом не то, что он реально хлещет меня ремнем, а то, что жжение на бёдрах разливается по телу волнами ненормального возбуждения. Я даже понимаю природу этого удовольствия. Приток крови, эндорфины, особое состояние. Я изучала все это в теории, но на практике никогда не хотела бы испытать.
– Закрой свой ротик, – ухмыляется мне в ухо и проходится языком по кромке. – Тебе нравится.
Не нужно лицемерить. Ты так долго и одаренно выпрашивала эту порку.
– Мне не нравится… – не договариваю, всхлипываю, потому что Родион снова наносит хлесткий удар.
– Не нравится… – слышу, как звенит пряжка ремня, падая на пол. – Ноги раздвинь! – в голосе холодный приказ. Сжимаюсь. – Лена! – грубо коленом сам раздвигает мои ноги, отодвигает полоску трусиков и без труда скользит внутрь по мокрым складкам. – Не нравится, – откровенно издевается, нажимает на клитор, слегка потирает, вырывая из меня стон.
Все.
Я у его ног.
Унизительно пала. Ведомая ненормальным удовольствием. Даже не замечаю, как Родион расстёгивает платье. Чувствую только, как к моей спине прикасаются горячие губы.
Его нежность обезоруживает. Это окончательно меня добивает.
Ласковые, аккуратные губы ведут дорожку поцелуев по моему позвоночнику и лопаткам. Контрастом грубо пальцы на моей плоти скользят внутрь, растягивая. Мне уже не нужно много, я на грани. На грани чего-то мощного.
