Ну, все! Я пыталась избежать скандала. Честное слово. Соскакиваю с коврика, нервно открываю дверь, распахивая её, сверля взглядом Белова.
– Она тебе не звонила, не делилась планами на сегодня? – спрашивает он. В голосе металл и волнение.
– Нет, с чего вдруг она должна делиться со мной?
– Но вы дружите… – как-то сдуваясь, устало выдает он. Разворачивается и медленно уходит по коридору. И мой скандальный настрой испаряется. Тоже выдыхаю и иду за Беловым вниз.
– А что случилось? Давно ее нет?
– Не знаю, с утра была дома.
И не должна была выходить! Я не разрешал! – повышает тон, но это уже не на меня, а, скорее, на ситуацию. – Вы сегодня обе решили меня достать!
– А я-то что?! – вскрикиваю, но кусаю губы. Зря я это.
– О тебе мы поговорим позже, как только найду эту маленькую заразу и упеку в монастырь! – рычит. Теперь и я начинаю волноваться. Ника, и правда, маленькая, неугомонная, безбашенная девочка.
Белов набирает несколько номеров в поисках Ники, но везде получает отрицательный ответ, и моё волнение тоже нарастает.
Самое удивительное, что я резонирую на его эмоциях. Все его настроение я чувствую.
Не лезу, но не ухожу, наблюдая за тем, как он расхаживает из стороны в сторону.
– Да?! Это точно она? В каком отделении?! Прикажи, чтобы не трогали! Хоть волос с ее головы упадёт… – нервно глотает воздух. – Я еду! – скидывает звонок. – Вот дрянь! – хватает с комода ключи от машины и бумажник.
– Стой! Где она? С ней все хорошо? – бегу за ним. Я тоже переживаю.
– В отделении полиции! Загремела со своим молокососом! Дрянь!
– Можно я с тобой? – спрашиваю, а сама стягиваю с вешалки в прихожей свой кардиган, торопливо надевая балетки.
Белов не отвечает, но не гонит меня, когда я бегу за ним. Пока он садится за руль, я быстро запрыгиваю на переднее сиденье.
– Пристегнись! – командует он мне, не прогоняя, и выезжает со двора.
Глава 20
Елена
Всю дорогу Белов настолько нервничает, что постоянно нарушает правила. Челюсть сжата, кажется, он даже побледнел. Впервые вижу Родиона в таком состоянии.
Обычно он непробиваемая стена. С него редко слетают маски. Белов реально сильно волнуется за сестрёнку. По-человечески. Мне хочется успокоить его, я даже несколько раз порываюсь опустить руку на его плечо, погладить по спине, но так и не решаюсь. Ника, и правда, неугомонная зараза. Маленькая еще, глупая. Самоутверждается. Детские протесты против опеки брата. Но Родион явно желает ей только добра.
– Все будет хорошо, – убедительно произношу я.
