Совершенно чужой мужчина прижимал меня к себе, как свою женщину, и уговаривал пойти с ним. Куда? Для чего? Что он сделает со мной?
Голос бархатистый, глаза опасные. С такими мужчинами нельзя связываться.
- Да.
Я твоя женщина.
- Да.
Я пойду с тобой.
Я прошептала двойное «Да», и голова тотчас же закружилась. Я почувствовала, как все мое тело будто наливается свинцом. Ноги перестают меня держать, и я почти полностью повисаю на незнакомце.
Состояние, одурманенное туманной реальностью.
- Где ее документы? - слышу на грани сознания.
Мне было так плохо без Богдана. Эмоции, полученные здесь, убивали меня. Они лишали сил. Я прижалась к мужскому плечу, и мне не оставалось ничего другого, как просто довериться ему – этому уверенному незнакомцу.
Кому, как не ему?
Вероника не знает, где я.
Руднев угрожал, а затем пытался упечь меня в психиатрическую больницу.
Давид... кажется, ему все равно. Я просила его о помощи, а он? Что он сделал?
Больше у меня никого не было. Только вот эти сильные руки, которые прижимали меня нежно и больно одновременно.
Больно, потому что ему приходилось удерживать меня, чтобы я не упала.
У меня не остается сил, и в один момент незнакомец поднимает меня на руки. Я полностью отдаюсь в его власть.
- Вот ее сумка с документами, Игорь Владимирович.
Оказывается, второй полицейский умеет быть учтивым.
Развернувшись, незнакомец стремительно покидает участок со мной на руках. Я держусь за сильные плечи, уткнувшись куда-то в воротник его белой рубашки. Зовут Игорь.
Лет сорок на вид, старше Руднева. Мужчина не нашего полета, и даже не полета Руднева, раз полицейские отдали меня ему, нарушив приказ Артема.
Игорь молчит. Я тоже.
Факт странных обстоятельств, совпадения и недоверие закрадывались в мои душу и мысли. Почему на подхвате был именно этот участок? Почему меня так быстро отдали Игорю?
Куда делся тот мужчина в черном костюме, всем видом напоминавший мне о глубинке с местом жительства для психически больных людей? Я не помню его после того, как Игорь появился в участке.
Будто мужчина в костюме вмиг исчез, чтобы не показываться Игорю на глаза. Я только помнила, как его однажды назвали… «Маяк». Что это значит?
Я вернулась в реальность. Мы шли по парковке на заднем дворе.
- Вы его враг, да? - шепчу я.
- А не все ли равно? – усмешка появилась на мягких губах, - если я помогу вернуть тебе сына.
Мы торопились. Прозвучала автомобильная сигнализация.
- Снова стану должницей? - иронично.
- Тихо.
