Вокруг таких мужиков всегда трутся подражатели, те, кто подсознательно понимает, что у самих-то, извините, с данными качествами полный недобор, вот и приходится присматриваться внимательно, чтобы потом оттачивать поведение, манеру держаться, движения, мимику лицевую путем долгой тренировки у зеркала.
У Муни был товарищ, Саша, вот именно тот номер первый всегда. С большим душевным дискомфортом и напрягом Мунечка Коханный дружил с ним с детства, старательно подражая его лидерским качествам.
Он выучился играть на гитаре и петь душевно, до слезы, но если пел Саша, то сердце замирало и Муня отдыхал, задвинутый и забытый.
Учился Саша как дышал — легко, в радость. Муня мучился ужасно — «дралоскопил» чертежи перед сдачей, трясся под экзаменационной дверью, выпрашивал оценки у преподов.
Наденет Саша простенькие, недорогие джинсы и черную рубашку, и сидят они на нем как от Армани, ей-богу, и он в них и в пир, и в мир, и в добрые люди, везде уместно и в тему. Муня испотеется, обыскивая магазины в поисках таких же одежек, да еще маманя любимая на машинке по фигуре подгонит, и вот он несет себя пиру, боясь помять прикидец.
Но он так наблатыкался за эти годы своему подражательству, что почти сросся с ощущением себя пусть не номером первым, но самым первым после него!
И девочки глупые, по молодости бестолковой, мало что понимающей, выбирали именно таких, как Муня, за яркость оперения и нарочитость манер умелого самца.
И только очень мудрые девочки распознавали еще в молодости настоящих Саш и любили их по полной.
Назвать барышеньку Ислу мудрой о ту пору жизни никак не получалось, даже с большим натягом, умище-то был, и потенциал развития просматривался, но в те годы все как-то «мимо дома с песнями!». Но и она бы разобралась в Муне, причем довольно быстро, скорее всего…
Без «но» никак!
Оказалась беременной, не успев откапризничать влюбленностью.
Вздохнув обреченно, семья устроила свадьбу, уговорив всем скопом Ингу на единственную уступку — не менять девичьей фамилии.
— Инга Коханная — это какой-то ажур с перьями получается, — настаивала Фенечка. — Ты же не в Малороссии родилась, у тебя папенька из латышей будет!
Поселились молодожены в большой квартире с невестиной родней. Не с маманей же Муни в двушке на Теплом Стане тулиться!
О то ж! Семья заимела вместо одного дитяти двух с половиной.
Инга ходила со здоровенным животом, опасаясь, что родит тройню. Сама маленькая, худенькая, пузом вперед, еле носила.
