Немного напрягало, что он старый: как ни крути, а тридцать пять – солидный возраст. Но воображение услужливо подставило ее на место Джейн Эйр, а Никольского на место мистера Рочестера. В школе она читала Шарлотту Бронте раз пятнадцать и наизусть знала все перипетии судеб главных героев.
Лена утешила себя тем, что муж должен быть старше и опытнее. Кроме того, Никольский говорил, что живет в Ленинграде – чудном городе, где в сумраке белой ночи раздается цокот копыт Медного всадника. Лена поежилась и кинула взгляд на автомат, который всегда брала с собой на дежурство.
Продолжая обдумывать подробности своей семейной жизни, она решила, что двоих детей им с Никольским будет вполне достаточно, особенно если родятся мальчики. С парнями масса хлопот! Хотя если вспомнить, сколько нарядов в свое время шила ей мама, то девочки разорительнее.
Капельница докапывала последние капли. Лена стряхнула с себя дрему и аккуратно вытащила иглу из вены, затампонировав ранку ватой. Никольский даже не пошевелился.
Лена вздохнула: рано она, наверное, размечталась, Федор Федорович говорит, что с этим ранением старший лейтенант может не справиться.
* * *У стоявшего напротив военного были светлые волосы и ярко-голубые глаза в обрамлении пушистых ресниц.
Таня видела на его плечах погоны с одной большой звездочкой. В званиях она не разбиралась. Капитан? Майор?
Он поправил портупею с кобурой на боку.
– Вы здесь живете, пани?
Симпатичное лицо военного приобрело строгое выражение.
Рискуя сойти за немую или ненормальную, Таня покачала головой и нарочито тихо и неразборчиво забормотала:
– Не, не, не разумею.
– Простите, пани, я не хотел вас испугать.
Подавляя желание броситься ему на шею и расцеловать, она пошла с медлительностью местной жительницы и только за поворотом остановилась, чтобы спросить дорогу.
Седой старичок с увесистой кожаной сумкой через плечо выглядел добродушным гномом. Таня обратилась к нему на немецком:
– Пожалуйста, объясните, как мне попасть в Вышеград?
– Идите прямо, а потом сверните налево, – сняв фуражку с круглой эмблемой у козырька, он махнул рукой в нужном направлении.
– Спасибо, пан.
Она почти побежала вверх по холму, который с каждым шагом становился все круче и круче. Припекало, и Таня перешла на теневую сторону улицы, застроенную узкими домами, по большей части трехэтажными. Из крыши каждого дома гусиной шеей торчал крюк для подъема мебели.
