Я молча стирала слезы со щек и даже не заметила, как мы подъехали к церкви.
— Я быстро. — Коротко бросил он и вышел.
Не было его минут пятнадцать. Вернулся он с мокрой головой и пахнущий ладаном. Стиснув зубы, промолчала. Не моего ума дело, зачем он туда ходил, хоть и было очень любопытно.
До дома ехали молча. А что тут еще скажешь? У него на все есть свой ответ. Крайне властный, жесткий и несгибаемый человек. Ага, как половая доска на пятьдесят. Из лиственницы.
У дома нас ждала девочка с щенком на поводке. Рядом крутилась любопытная Пулька.
— Здравствуйте. — С нами звонко поздоровались, когда мы подошли к калитке.
— Что случилось? — Отдала Геннадию дочь и присела перед животным.
— Мама сказала, что надо прививку сделать. У меня и лекарство с собой. Мама сама уколов боится, вот к вам и отправила. — Девочка тоже присела на корточки.
Прививка была сделана быстро. Делов-то. Это не Пулькину лапу лечить, где не один месяц уйдет до полного восстановления.
Вернулась в дом, помыла руки и вошла в комнату, где Корсаров прикладывал к лежащей на кровати Дарьке то один костюмчик, то другой.
Мне тут же захотелось учинить что-то вроде скандала. Никогда такого не делала, но думаю, у меня получится.
— Зачем ты все это сделал? — В итоге устало спросила, поняв, что сил на скандал не осталось. — Ведь не ради субботних оладушек?
Гена оставил вещи на кровати и подошел, глядя прямо мне в глаза. Он не прятался, и я приготовилась услышать правду.
— Затем, что рядом с вами я не похож на труп. — Вдруг выдал он фразу, в которую вложил всю серьезность.
У меня лицо вытянулось от такого ответа.
— В смысле? — Уточнила.
Ответить он не успел, потому что после короткого стука дверь открылась и в дом вошла Анжелика, в девичестве Лапоткова. За ней шагнул высокий широкоплечий парень, которому она до подмышки не доставала.
— Всем привет. — Сестра стащила с себя шапку и пихнула ее в руки мужа. — Господи, еле доковыляла.
— Вы что, пешком шли? — Нахмурился Корсаров.
— Нет, просто Андрей одел меня, как капусту.
— Она, проговаривая все это, снимала верхнюю одежду, под которой был кардиган, под которым была длинная водолазка, обтягивающая большой живот. — Обратно без одежды поеду. — Пригрозила она Догилеву. Тот только хмыкнул. — Чай нальете? И где моя племянница?
Она деловито прошла на кухню, помыла руки и отправилась к Дарьке.
— Тереза, в чем дело? — Корсаров растерялся, но чайник на плиту поставил.
А я поняла, что Анна Николаевна разрешила Лике сюда наведываться.
