Дом незнакомцев

В его голосе звучала сардоническая нотка, но снисходительная улыбка на губах заставила Аду предположить, что такой роскошной особе, как Илена Жюстен, следовало извинить ее пристрастие к фешенебельному обществу и шикарной одежде и гораздо менее безответственное отношение к жизни, чем у ее будущего мужа. Каким бы ответственным он ни был, но он также обладал энергией, которую никогда не мог израсходовать полностью, даже в конце долгого дня, и на самом деле Ада вовсе не была удивлена, что у него была потребность в волнующей партнерше, а не в домашней женушке.

Илена Жюстен волновала в полной мере. У нее была изысканная фигура, а ее рот всегда выглядел так, словно жаждет жадных поцелуев.

— Ну, мне приходится любить вас и покинуть, Ада. И все бегаю то вверх, то вниз, как бык Барни по четвергам, и Марни ждет меня, чтобы рассчитать зарплату персонала. — Пол расхохотался и дотронулся пальцем до ямочки на подбородке. — Забавная девчушка, не так ли? — Он поспешил вниз.

Илена и Пол ужинали в этот вечер во французском посольстве, и ему хотелось скинуть с себя обычную четверговую гору бумаг как можно скорее.

Ужин в посольстве был довольно важным событием, и Илене удалось вызвать у Нади интерес к платью, которое она собиралась надеть, поэтому вечером она хотела приехать в клинику, чтобы показать его кузине.

Сестринское бунгало было расположено так, что его привлекательная веранда ловила последние лучи заходящего вечернего солнца. Они позолотили каркас веранды, пролившись на Марни, устроившуюся на деревянных перилах, придав крашеным волосам Джулии Брелсон мягкий золотистый оттенок.

Джулия расположилась в плетеном кресле, делая себе маникюр.

— Все радости жизни принадлежат богатым, не так ли? — сказала она слегка недовольным тоном.

— Вы говорите так, Джулия, но могу поспорить, что не захотели бы поменяться местами с Надей Жюстен, — ответила Марни. — Похоже, деньги не могут вернуть ей здоровье, а вы можете танцевать и делать тысячу и одну вещь, которые ей недоступны.

Джулия отодвигала упрямое полукружье маленькой оранжевой палочкой.

— Интересно, что будет с этим ее французским дружком? Если его признают виновным, то посадят в тюрьму на много лет, так ведь?

— Я не знала, что вы читаете по-французски, — резко сказала Марни.

— О, я подружилась с французской медсестрой, когда была в Бартсе, и она меня немножко научила. Я вовсе не блестящий знаток, заметьте, но обхожусь.