Дом одиноких сердец

— Слушай, но у них же есть улики, — покачал он головой. — Нож, отпечатки какие-нибудь… И потом, убитый ведь не какой-нибудь бомж, найденный в мусорном баке. Это, мать его, относительно известный писатель, солидный человек…

— Отпечатков, положим, нет, — устало ответила Даша. — Насчет ножа мы ничего не знаем. Зато одно знаем точно — никому не хочется выяснять, кто и отчего убил Боровицкого. Понимаешь? Никому, кроме нас. Да и нам-то тоже…

Она не закончила фразу, старательно смяла комочек с телефоном следователя и бросила его в форточку.

Глава 11

Олег Боровицкий сидел в своем кабинете, обставленном в стиле хай-тек, и с отвращением смотрел на чашку кофе и эклер. Кофе дымился, как полагается, эклер заманчиво поблескивал глазированной спинкой, но Олегу Петровичу совершенно не хотелось ни того, ни другого. Ему вообще не хотелось есть, а хотелось вытряхнуть душу из той бледной дряни, из-за которой вся его семья уже неделю с ним не разговаривает.

Ну, папаша… Ну, удружил… Знал ведь, как нужна Олегу квартира! И о том, что младший сын не жирует, тоже знал.

Олег хоть и пытался раскрутить свой бизнес, но, в отличие от хваткого и деловитого Глеба, пока не преуспевал. Хоть и предупреждал его Глеб, он все-таки вложился в авторемонтную мастерскую и увяз в ней крепко-накрепко. Не то что купить квартиру — Наталье на Гоа не на что было в нынешнем году поехать!

Олег чуть не заскрипел зубами от бессильной злости. «Так привык парить мозги всем вокруг по поводу своего благосостояния, что уже и себе врешь? Какое Гоа, мать твою… Дай бог, если на паршивую Турцию хватит, да не в приличный отель, а в какие-нибудь вшивые „три звезды“, для неудачников.

Еще и за Витькину учебу нехило бабок отвалить нужно…Черт, черт, черт!

Олег вспомнил вчерашний скандал и скривился.

— Она что — спала с твоим отцом? — кричала жена. — Почему ты о ней ничего не знаешь? Ты же мужик, вот и придумай что-нибудь!

— Наташенька, Глеб уже придумал, — попытался он возразить. — Предложил ей треть стоимости квартиры.

И дамочка взяла тайм-аут на раздумья.

— И сколько же она будет думать? — мрачно спросил Витька.

— А ты вообще не лезь не в свое дело, — обернулся к сыну Олег.

— Ни фига себе — не мое! — присвистнул Витька. — У меня, можно сказать, квартиру отбирают, а ты говоришь — не мое. Или ты, папочка, хочешь, чтобы я к вам жену привел?

— Забудь и думать, — отрезала Наталья. — Мне еще не хватало с твоими детьми нянчиться. Будет у тебя своя квартира! Отец позаботится.