Оно даровало чудесные сны, но стоило взять больше дозволенного, и сны эти становились кошмарами… ее супруг, помнится, в одну ночь страшно кричал, и бегал по дому, и прятался, уверяя, будто бы демоны-они[16] пришли за ним… Он описывал их, огромных, вооруженных палицами-канабо, столь ярко, что Иоко почти поверила и понадеялась, что они заберут ее супруга.
Не сбылось.
Больше к корню он не прикасался, и Иоко не стала бы. Сама бы не стала… она видела, что зелья делают с разумом человека, тогда как…
Узнаю.
Время и терпение.
Терпение и время… а пока — дом.
И кухня, где отыскался мешок белого риса, который Шину пересыпала с ладони в ладонь, пробовала круглые зерна на зуб и хмурилась.
— Дрянной подсунули…
Масло прогоркло.
Листы сушеных водорослей тоже оказались не лучшего качества. Да и вовсе на кухне огромной, способной прокормить всех обитателей некогда большого дома, ныне было поразительно пусто, как и в самом доме.
С полдюжины ваз, две из которых Шину отставила в сторонку, причем выбрала не самые красивые.
— За эту с полсотни лепестков выручить можно, — она вручила пузатую темную вазу Иоко. — А та — и сотню потянет. Старая… только без меня не ходите, я вас к нужному человеку сведу…
Нашлись и забытые некогда ширмы, одна с дырами, а пяток вполне приличного вида. У драной Шину ходила долго, то приседала, то поднималась.
Вздыхала.
Трогала потускневшие крылья алого дракона.
— Может, гордячка наша и сумеет починить, — вынесла она вердикт. — А за такую больше полусотни не дадут…
— А если починит?
— Тут уж глядеть надо, как починит… подберет нити в тон, залатает дыры, то и с пятьсот просить можно… это ж работа Ичиро, я такую только один раз видела.
Не сомневайтесь, госпожа, у меня глаз хороший… меня супруг мой покойный, да будут боги милостивы к душе его, всегда к старьевщику брал…
— А чем вы торговали?
Красный дракон распростерся над морем. Гора. И деревушка на горе. И одинокая сосна, вытянувшая ветви над морем… и вправду сложный рисунок, который местами поблек, а порой и вовсе стерся.
— Сперва-то рыбную лавку держали, — призналась Шина. — А после-то… море всякое приносило. То вазы, то фигуры всякие… он у меня разбирался и меня учил…
Подпольный антиквар?
Что ж, если так, то мне несказанно повезло.
В этом я вскоре убедилась: помимо предметов старины, которых, к удивлению моему, в доме обнаружилось немалое количество, она разбиралась и в вещах сугубо бытовых."
"Цены на рис. Масло. Ткани и нитки.
