И значит, действительно своего рода детектор лжи. Полезная штука…
— Ты ли являешься хозяйкой Дома призрения, что стоит на улице Мастеров?
— Да, господин.
Искры кружились, словно рыбки в пруду, и поневоле я залюбовалась их танцем.
— Сколько женщин ныне находится на твоем попечении?
— Пятеро, господин.
Зелень успокаивает.
Убаюкивает.
Смотри-смотри… рыбки кружат-вьюжат… скоро зима… дрова должны привезти сегодня, а там… в лавках есть горячие камни, которые заряжают колдуны-исиго, и одного такого камня хватит, чтобы наполнить теплом целую комнату.
Правда, стоят они до десяти золотых каждый… но если прикупить пару, ибо дом стар и хлипок с виду, а потому я не уверена, что дров хватит, чтобы согреть его.
Рыбки слушают.
Я говорю.
О своей жизни.
О своем доме… и да, я найму мастеров, которые обмажут стены смесью глины и соломы. И крышу… на крышу золота, которое выплатят в следующем месяце, должно хватить… если позвать того же исиго, чтобы сплел заклинание, которое сделает ее крепкой и не позволит ветрам проникать в щели.
И тогда тепло не будет уходить…
Мне казалось, что сотня золотых много? Ничтожно мало…
А еще чужая воля ведет меня.
Зачем ему?
Не знаю. Но нет тайны… мы продадим гобелен, который починила Кэед… и шелковые шарфы… веера, расписанные Юкико… две сливовые ветви и еще море, созданное всего-то парой линий. Меня до сих пор поражает это ее умение…
Травы.
Шину знает толк в торговле, а потому я надеюсь, что мы соберем достаточно средств, чтобы не просто починить крышу, но и привести дом в порядок.
А там…
…что-то да будет…
Рыбки суетились. Рыбки тянулись ко мне, и если я протяну руку, они позволят коснуться влажной своей чешуи… рыбок на самом деле нет, это живая сила проклятой крови, заключенная в каменном шаре…
— Хватит, — этот голос отрезвляет, и рыбки прячутся."
"А я моргаю, пытаясь справиться с головной болью. И еще пониманием того, что меня просто-напросто загипнотизировали, или как это здесь называется? Главное, что я совершенно не представляю, что рассказала… наверняка много лишнего, но…
— Подай госпоже воды…
Этот приказ исполняется незамедлительно.
И мне даже помогают напиться. Вода холодная до ломоты в зубах и подкислена соком циннары.
— Спасибо…
— Здесь не отмечено, что ваша кровь несет силу, — в голосе судьи мне слышится недовольство. И писец — откуда и когда он появился? — нагибается еще ниже. Мне видны лишь макушка его, широкие рукава халата и доска с закрепленным на ней свитком.
