Дом с характером

Наверное, царственные особы устроены не так, как обычные люди, подумала Чармейн, заглядывая в следующее письмо. Оно начиналось словами: «Милый мой неотесанный толстячок». Да уж. Чармейн прилежно принялась за дело.

Некоторое время спустя принцесса встала и аккуратно задвинула кресло под стол.

– Вполне удовлетворительно, – постановила она. – Я должна идти. Скоро появится моя гостья. Я по-прежнему жалею, отец, что не имела возможности обратиться к ее мужу.

– Дорогая, даже и не думай, – отозвался король, не поднимая головы от своих заметок.

 – Это было бы посягательство на чужое. Он же не наш придворный маг.

– О, это мне известно, – сказала принцесса Хильда. – Однако мне также известно, что в Ингарии целых два придворных мага. А наш бедный Вильям болен, возможно смертельно.

– В жизни нет места справедливости, дорогая, – сказал король, продолжая скрипеть пером. – Кроме того, Вильям ничего не добился – не более, чем мы сами.

– Это я тоже знаю, отец, – сказала принцесса Хильда и вышла из библиотеки.

Дверь закрылась за ней с тяжелым стуком.

Чармейн склонилась над следующей пачкой бумаг, изо всех сил притворяясь, будто не слушает. Ей показалось, что этот разговор не для посторонних ушей. Эта пачка была сложена и перевязана так давно, что листы слиплись друг с другом – сухие, буроватые, словно осиное гнездо, которое Чармейн как-то нашла дома на чердаке. Она принялась прилежно разлеплять слои.

– Кгхм, – сказал король. Чармейн подняла голову и увидела, что он ей улыбается, – перо повисло в воздухе, а пенсне посверкивает в ее сторону.

 – Я вижу, вы весьма деликатная барышня, – сказал он. – И наверняка почерпнули из нашего нынешнего разговора, что мы – и с нами ваш дедушка Вильям – ищем весьма важные документы. Классификация, которую разработала моя дочь, подскажет вам, что именно следует искать. Ключевые слова – «сокровищница», «доходы казны», «золото» и «Эльфийский Дар». Если вы обнаружите упоминания о каком-то из этих предметов, милочка, обязательно сразу же скажите мне.

От мысли, что придется искать такие важные материи, пальцы Чармейн на хрупкой бумаге стали холодными и неуклюжими.

– Да. Да, конечно, ваше величество, – сказала она.

– Ой! – воскликнула она.

Следующий лист гласил:

«Чародею Меликоту за чары, благодаря которым сто квадратных футов жестяной кровли выглядят как золотой купол, – 200 гиней».

– Что случилось, милочка? – спросил король, прижав страницу пальцем, чтобы не потерять место, где он прервал чтение.