Дом Солнц

У нас действующих узлов в этой системе нет.

— Надо, чтобы появился. Может, Овсяницу хоть это задобрит.

— Боюсь, узла тут не хватит.

— Когда Овсяница опаздывает, никто не шумит.

Я прижала палец ко лбу и почувствовала, как пульсирует жилка.

— Только не начинай про Овсяницу.

— Мы все безропотно погрузились в латентность до тех пор, пока он не соизволил явиться. Сколько времени потеряли? Килолет семь-восемь, не меньше. И никаких ему выговоров.

— Так ведь перерожденцы пригласили Овсяницу на Таинство разжигания. Пока все не закончилось, уйти он не мог, и тебе это прекрасно известно.

У тебя такой отговорки нет.

— Ага, бей лежачего, не стесняйся!

— Лучше поручу себя заботам Портулак, — проговорил доктор Менинкс. — Так хоть к концу сбора успею.

— А что, идея хорошая. Улетайте вместе прямо сейчас, а я, как смогу, нагоню вас.

— Нет уж, я на такое не соглашусь! — Я виновато посмотрела на аватара. — Простите, доктор Менинкс, но Лихниса я здесь не брошу.

— Последствия не заставят себя ждать.

— Вы по-прежнему мой гость, — напомнил Лихнис.

— К величайшему сожалению.

— В самом деле. Вдруг до сбора с вами что-нибудь случится? Вдруг по трагической случайности произойдет авария? Вдруг у вас в резервуаре нарушится химический баланс? Об аварии даже данных не сохранится… И ведь не подстрахуешься: моему кораблику место в музее Ужасов Золотого Часа. Летать на таком — неприятности себе наживать.

Бумажное лицо аватара сморщилось от гнева.

— Шаттерлинг, ты мне угрожаешь?

— Нет, чуток размечтался.

Неизвестно, до чего бы дошло, не выдай «Лентяй» сообщение.

Кто-то или что-то сигналил или сигналило нам. Из атмосферы зефирного гиганта, неподалеку от его экватора, обвешанного сладкими кольцами, появился корабль. Секунду назад таился, а сейчас вдруг оповестил нас о своем существовании.

— А ты во мне сомневалась, — буркнул Лихнис.

Корабль показался мне этаким крепким старичком — надежным, качественным образцом Одиннадцатого Интерцессионного кораблестроения. Острые углы и блестящие темные грани — огромная глыба угля, обтесанная в форме наконечника стрелы.

С момента появления корабль посылал нам одно и то же сообщение на Языке. Отвечать не было смысла: нам просто велели сбросить скорость, сойти с трансэклиптической траектории и ждать дальнейших указаний.

Корабль обогнул систему колец и остановился рядом с «Лентяем» и «Серебряными крыльями зари». Вместе они образовывали почти равносторонний треугольник, центры их масс разделяло не более тысячи километров.