Дом Солнц

 — Судя по тону, Геспер уяснил куда больше, чем я вкладывал в свои слова.

— Я впрямь не вижу повода волноваться. Не хотите видеть друг друга — не надо. Угрозы доктор для тебя не представляет.

— Речь не о страхе. Мне хотелось подружиться с вашим гостем — вдруг он заполнит пробелы в моих воспоминаниях? Портулак говорит, доктор — ученый, летел по научным делам. Мне сразу показалось, что наши с ним дороги схожи.

— Доктор летит на Вигильность, — сообщил я.

— На Вигильность, — эхом повторил Геспер, словно прислушиваясь к слову.

 — Название знакомое, но откуда — не представляю. А как его научные дела?

— Пока никак. Я мог либо доктора везти, либо лететь на сбор Линии. — Я растянул губы в улыбке. — Взглянем на это с другой стороны: не подвези я Менинкса, не встретил бы тебя.

— А я томился бы в плену у Атешги.

— Выходит, невезение доктора Менинкса обернулось для меня удачей. Лихнис, я должен больше узнать о Вигильности. Это название словно ключик к тайникам моей памяти. Теперь еще больше хочется обсудить свое положение с доктором.

— Давай расскажу тебе о Вигильности, — предложил я. — Мне доводилось там бывать. Хочешь взглянуть на мою космотеку?

— С превеликим удовольствием, — ответил Геспер.

Вигильность соорудили вокруг звезды солнечного типа, которой оставалось существовать на главной последовательности около миллиарда лет, если в ее ядре не сделать червоточину для дозаправки. Когда-то эту звезду окружала целая система — планеты, кометы, спутники, астероиды, но сейчас не осталось ничего.

Все функциональные атомы пошли на создание компонентов роя Дайсона, каковых насчитывается около десяти миллиардов. Предтечи умели дробить небесные тела и превращать их в несокрушимую оболочку истинной сферы Дайсона. Людям подвластно многое, но все наши попытки создать оболочку нужной жесткости провалились. Максимум на что мы способны — окружить звезду роем тел, которые движутся по своим орбитам, как мошкара вокруг фонаря.

В пятидесяти часах от внешней границы я отправил заявку на приближение и представился шаттерлингом Горечавки.

Ответа не последовало. Я притормозил — сравнял скорость «Лентяя» с системной и отправил еще несколько заявок. Действовал я по правилам, сверяясь с космотекой. Когда расстояние до Вигильности сократилось до нескольких часов, я снова притормозил. Теперь остаток пути занял бы год. Я почти не спал — все время бодрствовал, даже к синхросоку не прикасался. Черная сфера медленно приблизилась, поглотив половину моего неба.