Я помню, что Оррин начинал с Хенти. «Под флагом Дрейка». «Пайк и Дайк». Коффин. «Мальчики семьдесят шестого…» А вот и «Хилдерейдж», и «Маргарет Монфор», и «Бумаги Петеркина»… — голос её зазвучал возбуждённо. — Мы всегда были книжниками, а лучшие книги оседали здесь. Их перевезли сюда все, когда дом на Вашингтон-сквер совсем оставили.
— Пожалуйста… — теперь, когда бабушка Хендрика остановилась, у Сьюзан появилась возможность объяснить то, что она не могла сказать раньше. — Такер ещё не умеет читать. Он ходил в садик…
— Любой ребёнок, — твёрдо завила бабушка Хендрика, — может научиться читать, если ему интересно и у него нормальная голова.
А я уверена, что у Такера она такая, — она посмотрела туда, где стоял Такер и смотрел на полки не хмурясь, как обычно, но так, словно ждал чего-то интересного.
— О чём бы ты хотел почитать, Такер? — спросила бабушка Хендрика.
— Об индейцах, — без колебаний ответил он. — Об индейцах, которые здесь жили, — и он ткнул пальцем в воздух, словно указывая на кого-то реально присутствующего.
Невидимые индейцы! Сьюзан нервно глотнула. О, ради Бога, не нужно невидимых индейцев!
Бабушка Хендрика кивнула.
— Очень хорошо! — она порылась на полках перед собой и вытащила две книги. Одна большая, корешок её, обращённый в сторону комнаты, выцвел и побледнел. Но на переплёте сохранилось яркое изображение индейца. Вторая книга была поменьше, и на переплёте были нарисованы мальчик и девочка.
Сьюзан прочла название второй книги: «Индейские близнецы».
— Посмотрим, что ты с ними сделаешь.
Нет, — бабушка покачала головой, глядя на Сьюзан, — пусть сам совершает открытия. Я научилась читать в четыре года. И уверена, что Кайделлы не изменились за эти годы и умеют учиться сами.
— Теперь ты, Сьюзан. С чего бы ты хотела начать?
Девочка просто не могла ответить «Не знаю». Особенно когда бабушка так на неё смотрит и после её слов о Кайделлах, которые всё умеют. Но она не из Кайделлов, какой бы ни была фамилия папиной мамы! Не очень задумываясь, она сделала выбор, только чтобы получить в руки книгу.
Один из томов, которые бабушка назвала «Святой Николай».
— А ты?.. — наступила очередь Майка. Он тоже не колебался.
— Я кое-что нашёл вчера, вон там, на столе, — и он указал на книгу, которую обнаружил Такер, с той уродливой маской.
Бабушка Хендрика пошла взглянуть. Когда она снова посмотрела на Майка, лицо её приняло удивлённое выражение.
— Дневник Джекоба Кайделла! — она нахмурилась, потом покачала головой.
