Дом в Мансуровском

Маруся собирала вещи и смотрела в окно. Опавшие желтые листья укрывали еще недавно ярко-зеленую лужайку. У забора расцвели поздние осенние цветы, прозванные в народе дикой мимозой.

Томочка, румяная, подросшая и окрепшая, спала в коляске под вишней. Неподалеку, укрытый пледом, дремал в плетеном кресле профессор. «Мир и покой, – думала Маруся. – Папа, дочка. Завтра приедет Ася, да и Юлька собиралась помочь с отъездом. Приедет ли? У Юльки вечно дела. Как у нее с Игорем? Счастлива ли, довольна? Мы никогда не говорили по душам, как настоящие сестры».

Марусины мысли прервала дочь – захныкала, и Маруся забрала ее в дом. Проснулся и попросил чаю отец. Маруся поставила чайник, достала печенье и вафли, положила в вазочку варенье и заварила свежий чай. Дачные чаепития. Но и они скоро закончатся. И почему так грустно? У них же все хорошо?

* * *«Хорошо. Все хорошо!» – так Юля отвечала на вопрос, как ей замужем. Все действительно было неплохо.

И, честно говоря, мало что изменилось – и Юля, и Игорь по-прежнему много работали. Она так же просила командировки и с удовольствием летала по стране – да и как отказываться, когда еще будет такая возможность? Где только не побывала – от Мурманска до Камчатки, от Кавказа до Владивостока. Юг, север, запад, восток. Салехард, Омск, Новосибирск, Калининград, Казань, Екатеринбург.

«Встречаемся нечасто, – шутила Юля. – Это и сохраняет наш брак».

Отношения были ровными, спокойными.

Жили как хорошие дружные соседи. Нет, не соседи – друзья. Работа была на первом месте. Муж, семья, на втором. «Неправильно? – отвечала она в ответ на Асины осторожные замечания. – Согласна, но у всех по-разному. У нас так, и нас с Игорем это устраивает». В Мансуровском бывала редко, чувствовала, что на нее обижаются, но что поделать, такая вот напряженная жизнь.

В конце сентября взяла отпуск и никуда не поехала, осталась дома и отсыпалась.

Спала до обеда и, выпив кофе, снова валялась. Устала от бесконечных перелетов, от самолетов и гостиниц, от долгих разговоров, от незнакомых людей, от чужих мест.

Как-то на претензию мужа лихо, как умела, отбрила:

– Не нравится? Но это моя жизнь, и ничего другого я тебе не обещала! Ни борщей, ни котлет, ни посиделок перед телевизором! Я себя так не продавала.

– А дети? Это в твои планы не входит? – поинтересовался Игорь.