– Извините, но у нас только по предварительной записи.
– Вы не знаете Софью Кристалинскую? Она назначила мне тут свидание.
Обер улыбнулся:
– Вас зовут Дарья?
– Да.
– Прошу за мной.
Ловко лавируя между столиками и людьми, он довел меня до маленькой дверки и толкнул ее:
– Прошу.
Я шагнула в крошечную комнатушку, так называемый кабинет, где стоял столик на двоих. На стуле сидела роскошная, яркая женщина. Всего в ней было чересчур. Слишком черные волосы, кроваво-красные губы, неестественно румяные щеки и огромные карие глаза, чем-то похожие на коровьи.
Рукой, на которой блестели и переливались кольца, она сделала небрежный жест, и старший официант с поклоном испарился.
– Садитесь, – велела мне Соня.
Я посмотрела на нее и наморщила нос. Со мной нельзя разговаривать подобным тоном, пусть раздает указания прислуге. Очевидно, Кристалинская поняла, что совершила бестактность, потому что через секунду добавила совсем другим тоном:
– Даша, я очень рада вас видеть, присаживайтесь, хотите коньяку?
– Спасибо, я за рулем.
– Ну двадцать граммов можно.
– Вы вытащили меня из кровати, чтобы напоить? – усмехнулась я.
Соня хмыкнула:"
"– Ладно, тогда сразу перейдем к делу. Скажите, зачем вы сегодня расспрашивали моего несчастного сына Геннадия? Почему представились частным детективом? Только не надо сейчас врать! Я знаю о вас почти все. Вы живете в Ложкине, имеете сына Аркадия, дочь Машу, невестку Ольгу и двух внуков. У вас отличное финансовое положение, и работать сыщиком вам нет никакой необходимости… Продолжить?
– Не надо, – ответила я, – на самом деле я беседовала с мужчиной по имени Геннадий, только, насколько понимаю, он не ваш сын.
Кстати, меня волнует тайна гибели вашей дочери, Полины! Я долгие годы считала, что ее родила моя подруга Нина Железнова, но…
– Смотрите, – неожиданно прервала меня Соня и выложила на стол книгу в красивом кожаном пере-плете.
– Что это?
– Фотоальбом.
Я открыла обложку. Веселая молодая женщина держит на руках завернутого в одеяло младенца.
Соня пополнела с тех пор и сделала другую прическу, но лицо узнаваемо. Рядом с букетами цветов стоят парень и девушка.
– Это мы забираем Гену из роддома, – пояснила Соня.
Я переворачивала странички, мелькали фото. Голенький, крохотный мальчик «подрастал». Пошли групповые снимки, сделанные в детском саду, потом в школе, завершало экспозицию свадебное фото.
– Он, наверное, сообщил вам, что мы взяли его из детского дома в возрасте четырех лет, – вздохнула Соня.
